collielub

Привычка – вторая натура

Mon, 04 Jan 2010 15:50:06 GMT

Проходящее мимо меня на очередной рулетке существо показалось мне обаятельным с первого взгляда. Нежная рыженькая короткошерстная шкурка, черная улыбающаяся обезьянская мордочка, тонкие лапки и длинный радостный хвост.

Это создание прыгнуло на меня внезапно на тротуаре, счастливо обвеяло ветерком от истошно машущего хвоста, завизжало от восторга, целясь лизнуть меня язычком куда-то в область бровей, сложило мне в ладошку крошечные передние лапки, а задними – заподпрыгивало… и дрогнуло мое сердце.

Память подсказала, что это вроде бы кто-то из гриффонов, и, кажется, это называется…

- Пти брабансон? – не особо уверенная, что правильно идентифицировала его, спрашиваю у хозяйки.

- Он самый, – кажется, немного удивилась та. – Ой, не надо ее гладить, она и так на всех прыгает!

- Не беда, отучить нетрудно! – возражаю я, продолжая защищаться от нежностей щенка, – зато у малышки прекрасный характер, она смелая и веселая. Просто надо это аккуратно сделать, не грубо, ведь из маленькой смелой собачки очень легко сделать маленькую и трусливую. А вот наоборот – вряд ли получится! Поэтому маленьких смелых собачек надо беречь и работать с ними аккуратно.

Мое суждение удивило Ольгу, и мы разговорились. Она была страшно удивлена тем обстоятельством, что дрессировщик, которого она собиралась на днях искать, нашелся на улице сам.

А дрессировщик и сам был просто поражен тем обстоятельством, что впервые в жизни его смог обаять некто короткомордый и короткошерстный. Ну совсем не похожий на любимых колли! Итак, мы порешили ударить дрессировкой по непослушанию и разгильдяйству и договорились о встрече на берегу канала имени Москвы.

Поначалу хозяйка, как и все не дрессирующие своих собак люди, очень боялась спускать Фаню с поводка-рулетки. Позже она признавалась мне, что завела маленькую собачку только для того, чтобы с ней не гулять!

В доме жила еще старенькая неклубная боксерша. Но к ней как-то привыкли, приладились, срослись, хотя она знала, пожалуй, только одну или две команды, из которых одна была традиционным «дай лапу!».

Контролируемой дистанционно та собака никогда не была, и управлению поддавалась только будучи отловленной вручную. Период подросткового нигилизма она переходила на поводочке, лето летовала на даче, вволю бегала там по усадьбе и по желанию говорила «Гав!» прохожим мимо личностям.

В город обычно привозилась на два или три зимних месяца и гуляла тут исключительно на поводке. А когда состарилась, ее стало довольно легко отловить и на этих условиях собака получила свободу гулять без привязи. Но хозяйке все же надоело с ней гулять, и порода нового щенка была выбрана маленькой – для беспрогульной жизни.

Но было лето, день сверкал солнцем, и парк через дорогу манил старым гигантским яблоневым садом, который остался от когда-то бывшего в этом месте колхоза, серебристой лентой речного канала и свежей зеленью в неограниченном количестве. Все-таки выйдя на улицу, впервые за неделю, на углу своего же дома они и наткнулись на меня.

*******

Фаню никогда до этого особо не спускали с поводка, потому что в этом случае она прямиком скакала к ближайшим человечьим ногам и бурно радовалась всему тому, что затем спускалось сверху.

Но далеко не все ногообладатели были рады щенку со всей возможной взаимностью – были и те, для которых чистота брючин или целостность колготок были значительно большими ценностями, чем искренняя радость юного пти-брабансона. Скорее, даже наоборот.

Причем искренняя, непосредственная и далеко не во всех случаях цензурная ругань адресовалась не брабансончику, а его скромной и ни к кому не пристающей хозяйке.

В общем, не умеючи ювелирно управлять прекрасным, смелым, подвижным щенком в городских условиях – хозяева ступили на стандартную стезю и начали делать из него хронического «рулеточника», который даже не умеет следить за хозяином краем глаза, как это делают все нормальные собаки.

Зачем следить? Хозяин здесь и никуда никогда не девается! «Рулеточник» никогда нигде не бывает на свободе, ему не дают побегать вволю с другими собаками, следовательно, нормальной мускулатуры – ни для выставки, ни для жизни – у него никогда не будет. А маленькая собачка, кроме того, будет бегать и в десять лет, так что для нее даже «возрастной» свободы не предвидится.

А самое главное, страдает психика: собака должна развивать мозги, постоянно следя за хозяином, предугадывая его путь и ходя на дрессировку. Вместо этого «рулеточник» тупо привязан к длинной веревке и, по сути, содержание его давно заржавевших мозгов мало чем отличается от хомячиного.

Кроме того, рулеточность опасна и для самой собаки. Что будет, если случайно порвется веревочка? Куда она побежит? Разве ее можно будет быстро поймать, не умеющую подходить по команде? Разве он знает, что такое машина, если его молча просто перетаскивали через дороги, подтянув покороче? А машины в городе – повсюду, так что шансов остаться живым у сорвавшегося и потерявшегося «рулеточника» не много.

Поэтому рулеточных собак я не переношу и там, где это возможно, стараюсь переделать «рулеточника» на нормально гуляющую собаку. И тем более я рада, если удается вовремя предотвратить орулечивание хорошего щенка.

В конце концов, обученную собаку можно прогулять и на поводке, если нельзя ее отпустить в этом месте. Зато ничего не случится, если что-то порвется: просто спокойно подзовешь и снова пристегнешь.

Вот, все это я и изложила хозяйке.

*******

А когда начали заниматься, первым делом сделали ей мой фирменный «мягкий» подзыв. И, в сочетании с комплексом голодная собака+вкусная вкусняшка начало у нас получаться вот такое действо: мы втроем прогуливаемся по аллеям парка, никого не трогаем. Навстречу так же спокойно идут чужие люди.

Наша собака настораживает уши: ура, живые люди!!! И незамедлительно следует к ним в аллюре галоп, чтобы приласкаться. Тут мы злокозненно щелкаем языком, и щенок, разрываемый противонаправленными векторами желаний, в муках совершает свой выбор: куда лететь дальше.

Если она делает правильный выбор, то она ласкается нужное количество времени об нас и получает вкусняшку.

Если неправильный, то подзыв продолжается, усиленный стремительным галопом хозяйки в противоположную собаке сторону.

Мягкое и чувствительное сердечко щенка не выдерживает, головка решает проблему, исходя из принципа папы дяди Федора: «хозяйку я давно знаю, а этих людей вижу в первый раз». И тоже, следует вкусняшка плюс поглажка плюс преувеличенная похвала голосом.

Первые несколько раз, когда желание попрыгать на новые брюки преодолевало притяжение хозяйских щёлчков, Ольгу одолевала привычная для многих страсть устно угрожать собаке, кричать издали и строжиться:

- Фаня! СССкотина такая! Ух я тебя!!! Быстро ко мне, СВОЛОЧЬ ПАРШИВАЯ!!!!!!!

Нелогично: если соба даже команду, данную нормальным тоном, выполняет через раз, то при угрозе в голосе вероятность того, что в ближайшие минуты собака попадет с хозяином в одни и те же географические координаты, снижается почти до нуля. Ибо ее терзают смутные подозрения о том, что если она не подойдет, то в итоге будет целее.

Так что первые занятия я была занята тем, что заново и заново объясняла, почему при подзыве не нужно подпускать угрозу в голос, но каждый раз, привыкшая к такому стереотипу владелица срывалась на этот тон. И каждый раз говорила: - «ничего не поделаешь, привычка!»

Привычка сформировалась за десять боксерьих лет. И теперь она срабатывает помимо хозяйкиной воли, на автомате. А Вы, читатель (если Вы правша), успеваете ли Вы подумать о последовательности своих действий, когда хватаете в правую руку ножик, а в левую – картофелину, если нужно почистить картошку?

Вот такая привычка действовать, привычка-«автомат» будет работать не против хозяйки, а на хозяйку, в том случае, конечно, если она сумеет создать такую, например, на команду «ко мне!» или «рядом!».

У французского автора XIX века, Робера Домманже в книгах «Дрессировка Фрама» и «Письма к дядюшке Клодомиру», эта привычка, дошедшая до полного автоматизма, названа специальным термином: «рутинирование». То есть – какое-то действие по какой-то определенной команде для данной собаки, это привычка, рутина, обычное дело, норма.

Для сравнения: первоклассник в конце года хорошо пишет буквы, но в начале следующего ему снова нужно вспоминать, в какую там сторону глядят полукружочки у буквы «Б» или «Р». А десятиклассник пишет их, не задумываясь о деталях. Вот, у первого знание не рутинировано, а у второго – рутинировано, хотя знают – оба.

И вся фишка в том, что надо и собаке, и себе такое рутинирование привить. И если сформировались неправильные привычки, то переламывать их в себе не легче, чем переучиться на другую руку при чистке картошки. И, разумеется, каждый раз такое «перерутинирование» будет требовать всего внимания, пока не создастся новый «автомат».

*******

И хозяйка почему-то на словах со мной соглашалась. А на деле – совершенно очевидно не собиралась делать хотя бы малейшее усилие для того, чтобы заменить плохую привычку правильной.

Тогда я задумалась: в чем причина того, что хозяйка не хочет переламывать старую привычку и включает старый автомат каждый раз, когда нужно его ломать и делать себе новый. Ведь она – высокообразованная леди и большая умница, на работе, наверное, справляется с гораздо более сложными задачами… не может же такое происходить без причины?

И тогда я стала искать эту причину.

И нашла.

Эта интонация угрозы предназначена не для собаки. А для тех прохожих, к которым собака хочет подойти. Этот ругачий тон «защищает» хозяйку: типа, видите – я хочу, я приказываю, чтобы собака ко мне подошла. А она не подходит! Ну не я же виновата, правда? И действительно, ее уже не упрекнешь.

А уже этому явлению причина – не хочется быть обруганной. Критикуемой. Хочется быть безупречной («все люди как люди, а я – королева»). Даже временно не хочется терпеть критику со стороны. Даже для того, чтобы исправить ситуацию, не хочется признавать ошибку.

Лучше «спрятать» ошибку, не исправляя! Посадить ни в чем не повинную собаку навечно на привязь, переложив на нее ответственность за свое неумение обучить ее!

И еще одна проблема нашлась. Общая для всех владельцев излишне дружелюбных собак. Это спрятанная от себя информация о том, что ты своей собаке не интересен, что она предпочитает общаться с кем угодно, но не с тобой.

И тогда обиженный человек действует: собаку – на поводок, жену – под замок, мужа обнюхать под микроскопом на предмет чужих духов, другу поставить ультиматум: «или я, или он», и так далее. Все, что угодно – только не сделать привлекательнее и интереснее – себя.

*******

Тогда я запретила вообще подзывать собаку и начала делать это только сама. А еще я начала играть с собачкой в веселые игры, например, «угадай, в какой руке кусочек»! И дело быстренько пошло на лад. И в момент возникновения в собачьем мозгу дилеммы «куда бежать» уже очень часто верх брала моя сторона.

А когда она, увидев кого-то очередного, не дожидаясь команды сама поскакала ко мне – кажется, мы выиграли. На этой базе может быть создана новая привычка. Осталось создать такую же у хозяйки. И тогда я выложила ей мои умозаключения.

К счастью моему, Ольга тоже была думающим человеком и зря голову не отключала. Как она мне рассказывала потом, «пробила» я ее вот этим: - «Ваша собака Вас не любит. Ей с Вами меньше интересно, чем с посторонними людьми. Она ищет человеческого внимания, а в Вас видит только обслуживающий персонал, а не хозяина и друга».

И психологическую причину, которую я нашла, тоже изложила.

Все. Голова включилась, дело пошло. С собачонком начали играть и общаться даже вне идущих мимо незнакомых конкурентов. Интонацию поправили надежно. Подход отработался и вошел в привычку.

А потом, под самый конец занятий, призналась мне еще кое в чем.

- Я изучала психологию много лет – а поняла причины своего поведения только сейчас, когда Вы объяснили на примере. Оказывается, все так просто…

Как рулить собаками

Sat, 26 Dec 2009 16:42:13 GMT

Римом звали годовалого пса, похожего и на светленькую палевую овчарку, и на что-то голденолаброподобное – только со стоячими ушками. А хозяйкой была высокая стройная молодая женщина Алла. Судя по ее манере держать собаку за ошейник, она уже держала раньше собак – и серьезных.

- Какой породы была предыдущая Ваша собака, Алла? – сэкономила я предыдущий вопрос.

- Черный терьер, сука! – улыбнулась Алла.

- Серьезнее некуда! – додумалась вслух моя мысль.

******

Породы Рим был никакой. Вернее, его папаша был голден-ретривер. Щенки родились на даче в будке охранниковой дворняжки, и, когда дачники проезжали шлагбаум, они в обязательном порядке получали сеанс назойливой рекламы полуголденят местного разлива. Алла уже никого не хотела брать после смерти своей чернышки, но Рим чем-то зацепил сердце ее мужа… и выиграл счастливый билет.

Ну и характер был голденский – бурно-радостный, незлопамятный, подвижный и веселый. Правда, он постоянно кидался с лаем на прохожих, и те пугались. Это было проблемой и инструктору предлагалось ее решить.

Оказалось, что перед тем, как начать дрессировку с этой собакой, я выиграла заочный тендер среди кандидатов в инструкторы. Это было так: сначала пригласили меня – на «пробное занятие». А потом следующего кандидата – паренька, который сказал, что занимался дрессировкой в погранвойсках и что он возьмется дрессировать местных собак за сумму втрое меньшую, чем запросила я.

Этот паренек провел «групповое занятие», с которого под разными предлогами люди рассредоточились раньше, чем оно должно было закончиться. Не исключено, что причиной этому были его манеры обучать собак, например, лежанию по команде.

-ЛЕЖАААААТЬ! – оглушительно рычал этот инструктор, добавляя убедительности сапогами и рывками вниз за ошейник.

А также, возможно, клиентов напрягли его вопросы, ответы на которые должен был дать он сам.
Рассказывая мне об этом «чудесном докторе», Аллочка не переставала хихикать. Уж больно разными мы выглядели в ее глазах, а самое главное – в глазах собаки.

- Если за Вами мой пес прямо ужом вьется, оторвать не могу, когда Вы уходите – то от него он все занятие за моими ногами прятался! – резюмировала Алла.

*******

И, поскольку Алла уже намучилась с предыдущей, невоспитанной собакой, эту она хотела воспитать как следует. Замечательно: если человек учит свою собаку не из-под палки, то и результат у него будет более впечатляющий.

Конечно, для такой пары требовались мягкие, быстро работающие методики, и можно было не гнаться за их простотой – моя любимая комбинация свойств обучаемых человека и собаки. И я выбрала для большинства приемов в движении мой любимый метод, который я изобрела очень давно – «чертеж кусочком».

*******

Имея вкусно пахнущий кусочек, легко начертить собаке в воздухе любую траекторию, и она точно пройдет по ней, как корабль по лоции или турист по маршруту. И это не какое-то чудо – это просто. Берешь кусочек, ведешь его где-то на уровне носа собаки, или чуть выше, по требуемому маршруту и с определенной скоростью – не так уж быстро, но и не медленно.

Если она достаточно голодна, а кусочек достаточно вкусный для нее – то она пойдет по невидимому чертежу чуть ли не против своей воли. Причем любая псинка, даже малознакомая. Пригласим ее подойти, дадим понюхать ладошки, погладим-похвалим-дадим лакомку… через минуту можно вести ее куда угодно.

А если собака пытается сорваться с крючка – сделаем запаховый след более «жирным»: если быстро-быстро вращать кисть руки с кусочком, ведя ее в нужном направлении, то толщина «запахового каната» сильно увеличится и притяжение для собаки усилится тоже. Этот аргумент будет предельно убедительным почти для любой собаки.

Это тот трюк, который я проделываю всякий раз, когда мне нравится собачка или владельцы, или оба сразу, и мне хочется с ними поработать. И тогда собака липнет ко мне, как родная, а хозяин искренне считает, что его питомец сам выбрал себе инструктора!

*******

Пара не обманула моих ожиданий, Аллочка занималась честно по заданию, результаты были видны сразу, и на каждом занятии я видела качественный скачок вперед. Чувствую я, что график мы с Римом обгоняем.

– А давай сделаем, – говорю Алле, ОКДшный «обход справа, посадку слева»?

– Ой, да мы не сумеем!

– Куда вы денетесь, минут через десять уже бегом делать будете! Подзывая собаку, просто покажи ей кусочек правой рукой, потом произнеси «рядом», и переложи за спиной кусочек из правой в левую руку. Причем желательно, чтобы собака это видела.

Если затупит и тормознется – помаячь кусочком перед носом, даже если уже перехватил. Правда, выглядеть это будет слегка коряво, и человек выглядит стоматологом, пытающимся лечить зубы через альтернативное отверстие: ведь ноги не должны сдвигаться с места – пусть приклеятся туда, где были в момент команды.

Но зато собака запомнит, с какой стороны тебя нужно искать уплывший было кусочек! А раз через несколько уже просто по привычке будет бежать туда и через так, как нужно. Рекомендую этот метод и читателям: выглядит весьма эффектно, а сделать его легко и просто.

В общем, как я и сказала, минут через десять светло-палевый пес с овчарочьими ушами уже довольно лихо обскакивал хозяйку и садился – ну, правда, садился как-то невпопад, то под одним углом к ней, то под другим. Ну да ничего: поправим в следующей итерации, через недельку. Нельзя же исправлять собаку непрерывно, нужно и порадоваться ее успехам.

Конечно же, и хождение рядом мы делали на кусочке. В работе с Римом мы на пятом или шестом занятии добились уверенного хождения «рядом», но пока на коротких дистанциях и временами пес сильно отклонялся влево от хозяйской ноги. И я предложила Алле выбор.

Сначала я предложила ей взять три кусочка лакомки и пройти «воооон до того дерева» всего на трех кусочках – поощряя собаку довольно редко, «вытягивая» дистанцию в длину.
А во второй проход по тому же маршруту предложила действовать по-другому: поощрять неограниченным количеством кусочков, но давать их только в ту секунду, когда пес прикоснется боком вплотную к хозяйской ноге.

И получилось весьма показательно. Сначала пес просто скучал, брел не разбирая дороги и то и дело отвлекаясь. А во втором проходе – въехал сразу в тему, благо печеночка была вкусная и ароматная, и начал старательно теснить хозяйку боком со всех своих молодых сил!
В этот момент мы могли выбирать – куда двинуться дальше: улучшать длительность хождения рядом или его качество. И мы выбрали качество. И это упражнение и было «задано на дом».

Через неделю Рима, уже хорошо обученного «прилипать» к владельцу собаку – как Алла жаловалась, даже мешающее идти! – мы сделали чуточку менее прилипающим при помощи простого приема. До того мы держали кусочек над носом собаки практически непрерывно, и его запах создавал мощный, хотя нам и не видимый след в воздухе.

Но для собаки он примерно так же реален, как очень-очень толстый след от маркера на ватмане – для нас, и такой же заметный для нее даже издалека (если нет ветра). Ну так ведь и мы увидим написанное маркером только если достаточно светло, так ведь?

А дальше мы начинаем делать эту толстую «маркерную» линию… прерывистой. Пунктирной! Делаем мы это, быстро убирая кусочек в карман, и через полсекунды заново вынимая его оттуда и снова подвешивая над носом собаки. Прошло полторы секунды – снова убираем. И так далее.

Глазами собака следит за перемещениями кусочка, не переставая, но получает она его только после семи или восьми секунд движения. Время от времени она переводит вопросительный взгляд в глаза дрессирующему, и даже вообще отворачивается от кусочка, глядя вперед. И тогда она немного отклеивается от бока хозяина, идя предельно близко, но уже не тесня его.

Мы будем мудры, если будем выдавать награду именно в эти мгновения. Если вкусняшка достаточно вкусная («минимум на девять баллов из десяти возможных»), а собачка достаточно голодная («минимум на семь баллов из десяти возможных»), то эта комбинация факторов позволяет вытворять буквально что угодно: «приклеивать» к себе, к земле, к чему-то еще, «отклеивать», выписывать собакой на горизонтальной плоскости любые фигуры...

Но вот Алле нужно было почти безупречно близкое «рядом», потому что пес сильно интересовался посторонними, а так его легче было контролировать. А другому человеку нужнее длинные переходы. А третьему не то и не другое, а, например, четкую и быструю посадку. Так что делаем «базовый» уровень владения предметом, а потом улучшаем в нужную сторону.

*******

А вот как мы убрали его неприятную манеру обгавкивать прохожих.
Хозяйка была свято уверена в том, что причина такого поведения собаки – агрессия и ничего больше. Но я, поработав одно или два занятия и убедившись в том, что у собачки на самом деле золотой, дружелюбный и веселый характер – усомнилась в диагнозе. Тогда я попросила хозяйку показать мне, как именно он «бросается на прохожих».

В том парке на набережной Москвы-реки постоянно жил один бомж – очевидно, эстет. И он не обижался и не боялся гавов Рима. Так что мы, как бы случайно, прошли мимо, и Рим показал мне, как именно он лает на людей.

Как я и предполагала, пес не вздыбил ирокез на спине, не клацал зубами возле рук невинной жертвы, не делал попыток укусить, а интонация лая не была похожа на злобную. Она была… веселой. Пес попросту развлекался! Просто бродить за хозяйкой было скучно, друзей выводили не всегда, а человечки забавно подпрыгивают и громко кричат, когда на них гавкаешь!

Злобный лай от веселого отличить не сложно. Злобно лающая собака сильно дыбит шерсть на холке и спине, при лае из пасти брызгает слюна, она делает выпады вперед, четко клацая челюстями и имитируя укус, а глаза при этом бешеные.

Веселая собака лает и подпрыгивает, ирокеза не дыбит, слюна не летит, клацаний зубьями не делает, а иногда еще и на передние лапы припадает. Глаза у нее веселые, и еще она носится вокруг и даже те места, которые может почти безнаказанно ухватить – не хватает. А если и уцепится за что-нибудь, то это или край рукава, или сапог-валенок, или что-нибудь типа низа куртки – то есть, конкретно не тело, а одежда.

Прыгать лапами на людей Рим к тому времени был отучен и запачкать человека не мог, как не собирался его кусать или рвать одежду. Но отучить от такого поведения нужно было все равно, ибо он мог сильно кого-нибудь напугать. В конце концов, далеко не все мимо идущие отличат злобный лай собаки от игривого.

И я сделала вот что.

Когда на третьем занятии я убедилась, что мягкий подзыв работает безупречно, и пес опрометью кидается за кусочком, мы спустили Рима с поводка в той части парка, где он раньше проходил только на привязи. Потому что пешеходы толклись там постоянно, и ладно бы просто толклись – а еще шарфиками размахивали, детей на колясках выгуливали, а некоторые ухитрялись даже целоваться!

Алла в страхе схватила меня за рукав.

– Он же сейчас кинется на кого-нибудь!

– Спокойно, Ватсон, я Дубровский! – улыбаюсь я. И, уступая страху хозяйки, прусь с отстегнутым псом по боковой, а не по центральной аллее.

А только со мной ему бежать не скучно: я захватила жгутик, сплетенный обычной косичкой из своей старой хабэшной футболки, небрежно разрезанной на три части. Его очень удобно тягать двумя руками из зубов у собаки, порвется-запачкается – не страшно, старых маек дома обычно у всех захомячено много.

Кобель, конечно, радостно вертится вокруг, прыгает-резвится, бегает за игрушкой и приносит ее, гавкает, круги вокруг наматывает – в общем, жизнь удалась. Разве ему есть теперь дело до прохожих?

Но все же через часок – устал, снизил газ, начал замечать окружающее. О, как раз идет – группа бабок клерикальной наружности. Сунулся было туда – ан тут как раз я пощелкала своим фирменным мягким подзывом. Пришлось барбосу отменить мероприятие и явиться на зов.

Следующая группа – мамаши с колясками. Тут уж я ради уважения к потенциально спящим внутри младенцам даже ждать не стала, когда он к ним посунется – сразу пощелкала, как только нос повернулся.

Третья группа людей, к сожалению, была собачниками, и мы приняли участие в гонках по пересеченной местности – как будто и не он только что жаловался, что устаааал, что сииииил больше нету… но дело делать надо, убрели мы оттуда, ищем новых антифигурантов…

Нашлось еще несколько одиноких душ, которых наша собака пожелала обтявкать – но снова были приняты антисобачьи меры, а именно, мягкий подзыв в самом начале пути, еще когда собака решает, бежать или не бежать.

Если так поступать систематически, то уже к сотому разу собака привыкнет и никуда не побежит.
Есть и другой метод отучения от веселых обтявкиваний. Подставить псине своего человека со спрятанной в рукаве плеточкой. И в самый разгар веселья вытянуть ее этой плеточкой вдоль спины.

Только надо попасть точно, ударить не жалеючи – больно, и тогда, скорее всего, одного раза будет достаточно. И нужно еще гарантированно поберечь глазки, ушки и прочие деликатные части тела, то есть, квалификация «обидчика» нужна высокая. И нервы собаки нужны не особо травмируемые: то, что называется у собачников «хорошая нервуха» - это попросту смелая собака, которых не так уж много даже в «рабочих» породах. Иначе одно расстройство будет, а не обучение: и негуманность применена, и результата нет.

Но тот же результат получится и в мягком исполнении.

Живая ртуть-II

Fri, 18 Dec 2009 23:14:11 GMT

Десять занятий с Любой и Робином подошли к концу, и Люба заговорила о том, что мои появления дисциплинируют ее. Так что не буду ли я любезна поработать погонялом и научить их еще чему-нибудь.

Научить я могу еще выставочному тренингу. То есть, не брыкаться и не кусаться, когда дядька на выставке полезет псу в разинутую пасть и, возможно, в процессе обсуждения увлеченно будет тыкать в зубы авторучкой. Еще – красиво стоять в стойке, как монумент самому себе. А еще – стойко удерживаться на рыси, бегая по кругу. Даже если все другие в ринге скачут как молодые козлики.

И не было бы проблемы с отработкой этих навыков, если бы снова не встала во весь рост проблема взаимного отталкивания. Ведь для того, чтобы показать собачьи зубы, надо сначала прикоснуться к морде. А как, скажите, это сделать, если пес при первом же прикосновении к морде взвивается на дыбы, выгибает шею, аки породистый орловский рысак, разевает пасть, игриво грызет руки и на все сто процентов употребляет возможности своих лап, то отмахиваясь ими от доставших его людей, то убегая на всю длину поводка.

А если не на поводке, то вообще удирает метров на пятнадцать и бродит потом грустными кругами вокруг нас, поглядывая, будут ругаться или нет.

В общем, обычная методика приучения к показу зубов не сработала. Обычно я сначала просто прикасаюсь к губам пальчиками, так нежно, как будто это не собачьи брыли, а крылышки бабочки, и нужно эту бабочку будет не повредив, осмотреть и отпустить. А тут за ползанятия даже прикоснуться к его морде толком не удалось!

Ладно, отловили зверюгу в очередной раз… М-м-м, что же с тобой делать-то? Смотрю на него вопросительно. Прикоснуться-то можно, но начиная со следующей секунды ты занят только организацией движения сопротивления…

А давай-ка заменим сопротивление – непротивлением. Ловлю пса под челюсть одной рукой, говорю «зубки!» и через секунду даю вкусняшку.

Спустя еще полчаса имеется некий сдвиг. По команде «зубки!» пес с очевидным усилием замирает и скрепя сердце позволяет мне секунду подержаться за нижнюю челюсть. С тем и уезжаю, оставляя хозяйке задание – продолжать начатое.

На следующем занятии я уже протягиваю руку, и толстая расписная морда чуть ли не сама укладывается мне в ладонь. Потерпеть секунду прикосновение – и дадут вкусняшку. Причем ничего не делают, просто держат морду на ладони. Собакин счел обмен совершенно эквивалентным: ура, победа.

Очень хорошо! Следующим номером нашей программы мы делаем удлиннение этой секундочки до трех или четырех. Потерпишь секунду? Отлично, у нас в ассортименте есть разные секундочки, подлиннее, покороче…

Через три недели мы имеем псину, которая уже свободно позволяет прикоснуться к морде и по команде кладет ее на руку. Пора начинать прикасаться к губам. И хотя хищник уже кульбитов не исполняет, тем не менее руку к его морде приходится протягивать издалека. Прикосновение к губам пальцев второй руки получает закономерное и стабильное следствие в виде мгновенного отдергивания всей морды.

Приходится придумывать еще одну фичу: как сделать так, чтобы морда не отдергивалась? Да очень просто. Нужно сделать так, чтобы морде некуда было отдергиваться.

Для этого сажусь верхом на сидящую собаку, обхватываю ее всеми конечностями и командую: «Зубки!».

Ошарашенное млекопитающее пытается прилечь и сдать назад. А не тут-то было: там у меня есть ноги и я предвижу атаку с этой стороны. Она успешно отбита!

Тогда оно делает резкий рывок вперед в тщетной надежде на силу молодых мускулов. Увы, и этот номер у него не проходит.

Подергавшись несколько минут туда-сюда, как застрявший в колее автомобиль, кобель затихает. Мои руки по-прежнему мягко, спокойно, без эмоций, не вцепляясь в шерсть пальцами, но надежно удерживают его, а когда он уже сдался – вот тебе и поглаживания, успокаивания…

После этого – изволь, давай проходить все заново. Зубки, песик! И подставляю под челюсть правую руку. Куда деваться песику? Сзади – шлагбаум из ног, спереди – шлагбаум из одной моей руки и одного локтя, с боков – мои ноги, внизу – асфальт, а сверху вся остальная я. Пришлось положить челюсть мне на руку и сдаться на милость победителя.

Победитель в моем лице обучает новейшей методике седлания ездовых собак хаски владельца, и в процессе проб и ошибок мы доводим до сверкающего совершенства две техники: вышеописанную «сидячую» и новенькую, «лежачую». Сейчас попробую описать вторую для желающих воспроизвести ее.

«Лежачая» методика практически точно повторяет сидячую, с той лишь разницей, что собака при начале упражнения должна лежать на пузе ровно, а мы садимся просто верхом. Единственное, что нужно помнить – это то, что нельзя усаживать на грудную клетку собаки весь свой вес. Сидите аккуратненько на одной из ног, а второй просто придерживайте зверя с противоположного бока. Оставьте под собой достаточно пространства, чтобы не раздавить псинку.

Сзади барьером могут послужить ваши ступни, пятками наружу, носками внутрь: оперируя ими, вполне можно удержать каниса фамильяриса практически любого размера от предательского вылезания сзади вас. Достаточно просто сжимать их покрепче. А руки пусть обхватывают шейку любимого пса: особенно надежно это получится, если при этом засунуть большие пальцы под ошейник, а остальными пальцами удерживать собаку спереди.

Ну, а дальше остается терпеливо ждать, ни на какие голосовые провокации не вестись, не сдвигаться под могучими ударами и толчками, не ругаться, не цепляться пальцами за шерсть, не психовать и главное – ни в коем случае зверюгу не упустить. Ждать иногда приходится долго, минут до десяти. И все это время нужно спокойно мурлыкать что-нибудь монотонное, успокаивающее, заунывно-занудным тоном.

То есть, тут не нужно «силой брать верх» надо собакой. Надо просто тупо переждать время ее сопротивления, вися на ней равнодушным, невозмутимым мешком.

Сдался пес – злодействуйте себе дальше. Смотрите зубы, залезайте попутно в уши и вообще – делайте что хотите, это ваша собака. По возможности так, чтобы не было больно. Зубки и десны, особенно во щенячестве, вообще очень болезненная вещь, ведь они только сменились и там могут быть открытые раны.

Так что поаккуратнее там, носопырку от собаки не отрывайте и пальцами не давите. Просто мягко возьмите морду в руки, приоткройте зубки и через секунду-две отпустите. Потом отпускайте всю собаку, угощайте ее вкусной вкусняшкой и бурно-бурно радуйтесь!

Следующий раз будет намного проще, а через раз – еще легче. Когда двухсекундная экспозиция зубной системы будет удаваться без проблем, тогда наступит время увеличивать ее секунд до пяти, потом до десяти и так далее. Но не раньше.

И – да, конечно: не будете же вы распластываться на собаке – на грязном асфальте? Это надо делать дома на ковре. Ну, или на залитом солнцем собственном газоне.

Еще мы обнаружили симпатичный эффект от выученной нами команды «фу» на лакомстве. Этот прием, конечно, входит в основной курс, но этот эффект был обнаружен уже после обучения. Как-то наш зверь был отпущен на переменку, но мы не учли, что недалеко расположена его любимая помойка.

Извлекши его оттуда чуть ли не за хвост, в процессе бурных разборок я случайно уронила на землю кусочек сыра. И наш хаски, демонстративно отказывающийся от разложенных на асфальте вкусняшек, не смог повести себя другим образом. Пришлось отказаться и от ограбления рублевской помойки, раз уж там оказалась вещь, которую точно нельзя есть! Так что данную большую кучу вкусняшек мы сделали запретной при помощи только одного грамма сыра!

И только в самом конце занятий я узнала точную причину такого собачьего поведения.

- Я вспомнила, почему Робик боится рук, – сказала мне она. – Просто в самом начале, когда мы его воспитывали сами, Колчанов брал его за ошейник и вел наказывать!

Ну еще бы он после этого не избегал руки, берущей его за ошейник…

Живая ртуть, или Как отдрессировать собаку, которая не дает прикоснуться к себе

Wed, 16 Dec 2009 09:43:01 GMT

Этот клиент был семимесячным хаски, очаровательным, веселым и своенравным.
Когда он был маленьким щенком, никого из двоих его хозяев не беспокоило нежное покусывание рук, вставание лапами или бурная щенячья радость при встрече.

В принципе, лапы не были особо пачкающими: газоны или брусчатка надежно предохраняли рублевские частные домовладения от глины и грязи, а ласково-восторженное неистовство пушистенького нарядного щенка, одетого в белоснежный пух под черными иголочками остинок выглядело просто забавным и трогательным.

Но пес подрос, превратился в довольно крупного хаски и перестал быть комфортным. Зубы научились мощно сдавливать кисти рук, так что это стало даже больно. Лапы достали даже до мужских плеч, а молодую хозяйку в интересном положении он пару раз играючи свалил в сугроб.

Владельцы применили Яндекс и остановились на двух вариантах: приезжающем частном дрессировщике, чей стиль изложения на сайте показался им наиболее привлекательным, и… эээ… «интернате» с обучением, куда отдаешь собаку на месяц, а получаешь уже обученную всему.

В процессе выбора пригласили частника на пробный урок и спросили, чем отличается «очный» курс от «заочного». Пришлось объяснить, что собака будет слушать только того, кто ее обучал, кого она привыкла слушать и кто настаивал на неуклонном исполнении своих распоряжений. То есть, дрессировщика-то она потом будет слушаться, но хозяева при этом точно будут идти лесом. Тем более, что лес там недалеко и растет в изобилии.

А вот если его обучит сам хозяин, одновременно обучаемый инструктором, то контакт не потеряется, и хозяин в любой момент сможет откорректировать навык, если он вдруг «поплывет».
То есть, в одном варианте ты получаешь рыбу, а в другом – удочку для ее ловли.

Вариант удочки победил, и мы договорились с хозяевами Робина на десять частных уроков.

Анамнез был осложнен появлением у Робина младшего хозяина, Игорька. В момент нашей первой встречи ему было всего лишь две недели. И, мастерски ведя свой послушный Вольво, немолодой уже отец семейства удивленно говорил:

- Надо же! Раньше у меня всегда был только один сын. А сейчас я могу сказать: «СТАРШИЙ» и «МЛАДШИЙ»!!! Непривычно-то как!

И у меня не повернулся язык сказать, что лаечке под сорок килограммов весом инструктор требовался уже месяца три назад. Ибо заниматься с Робином решила сама хозяйка, невзирая на свой недавний послеоперационный шов и на наличие в доме маленького человечка.

Пока человечек спал или гулял с няней, мы уходили бродить по улочкам и переулкам престижного коттеджного поселка, отрабатывая разные приемы. Полагаю, что это был персональный мамы-любин способ отдыха от тяжелого мамского труда! Думаю, что я раскусила ее потому, что у меня самой по дому бегает двухлетний сынишка.

Задача обуздания необузданного зверя и попутное укрощение строптивого не была бы ни особо сложной, ни примечательной – если бы не одно обстоятельство. Мое впечатление после первого занятия было таким: это ртуть, а не собака!

Подходить на зов мы научились быстро. Подбегал он бодренько, воодушевленный ближайшей перспективой в виде кусочка сыра, да и садился почти безупречно перед нашими ногами. Но при малейшем намеке на физический контакт – потрогать, погладить, взять за ошейник – собака выскальзывала из рук, как капля ртути. Или избегала контакта так же, как это делают два однополюсных магнита. Ты к ней, она от тебя.

Снова придвигаюсь ближе сантиметров на сорок – она на столько же отодвигается. Пробую отойти, вычерчивая кусочком печенки зигзаг в воздухе – четко проходит носом этот же маршрут и… снова останавливается на заколдованном рубеже.

Когда мы занимались все вместе, я попробовала сказать хозяевам, что я думаю о причине этого явления. Для меня было совершенно очевидно, что собака почему-то избегает контакта с руками. Причем рук хозяина – гораздо более явно, чем рук хозяйки. Но Данила Матвеич сказал, что нет, что этого быть не может, потому как ну нет этому причины.

Ну нет – так нет. Будем работать с этой текучей-бегучей ртутью, раз не хотим видеть наличие проблемы. Но результат-то нужен все равно! Поэтому специально для Робина мне пришлось изобрести несколько приемов дрессировки собаки, к которой почти невозможно прикоснуться руками.

Например, движение по команде «Рядом» мы отработали довольно оригинально. Как водится, обучению подлежит ну просто очень голодная собака – тогда она физически не может противостоять вкуснейшему запаху свежесваренной печенки, который невидимой толстой трубой тянется за моей рукой.

Обучая собаку ходить слева, я держу кусочек правой рукой, но у левого бока. Неудобно, но зато крайне эффективно, потому что левая рука у нас только делает вид, что болтается просто так. На самом деле, у нее минимум три функции, и каждую из них она должна быть готова выполнить ежесекундно.

Во-первых, левой мы собаку гладим, похваливая за хорошее поведение – в данном случае, достаточно всего-навсего послушно топать четырьмя лапами вслед кусочку, поставив нос в струю запаха, не подпрыгивая и не выгрызая вкусняшку из моей руки.

Второй функцией левой руки будет напоминание собаке о том, что при любой человеческой остановке она должна сесть в режиме автомата – без какой-либо команды. И для этого кончик указательного пальца левой руки будет молчаливо упираться собаке в круп при каждой остановке, напоминая ей о том, что и тут тоже нужно садиться.

А в-третьих, мы скоро перейдем на хождение на поводке, и тогда кисть левой руки будет просунута в петлю поводка, а потом убрана в карман. А сам поводочек будет изящно провисать между человеком и собачьим боком, как будто мы целый месяц неустанно его дергали, раздирая кожу на собачьей шее острыми шипами строгача. Тогда как на деле мы ни разу его даже не натянули!

Рекомендую, это очень удобный способ обучения команде «рядом», особенно если собака – крупняк, а дрессировщик маловат, слабоват или по каким-либо причинам не может полагаться на силу бицепсов рук. По сути, этим способом даже беременная женщина может с успехом дрессировать какую-нибудь огромную овчарку кил под пятьдесят. И, между прочим, практика такой работы у меня имелась.

Но наш отталкивающийся магнит был не совсем обычным дрессируемым, поэтому «рядом» он шел левым боком вперед, повернув к хозяйке нос и на всякий случай как можно дальше отклячив от нее зад с пушистым хвостом. Вдруг она за него схватит?

Я заставляла их ходить «рядом» столь изощренным способом подряд целых два занятия. И еще задавала это на дом, до тех пор пока Любу вконец не достала эта кособокость – на потеху всем проезжающим мимо соседским мерсам.

Но мне важно было сначала закрепить навыки управления. Например, если собака отвлеклась и нос повернулся куда-то в сторону – надо быстро крутануть несколько раз кисть с зажатым в ней кусочком, рисуя в воздухе невидимую спираль, и запаховая «труба» мгновенно станет толстой и очень хорошо заметной для носа собаки. Не хуже, чем толстый сочный след маркера на белом ватмане – для нас.

И если собака достаточно голодна, вы сманипулируете ею со стопроцентной надежностью. Лично у меня руки-ноги работают «напрямую», до вмешательства мозга, как у хорошего футболиста или наездника. И я стараюсь создать такие же привычки и у хозяина. Навык считаю отработанным, если руки хозяина сами, без раздумий и напоминаний делают это. А пока я бегу рядом и суфлирую – «рукой крути, рукой!» – все пока что сыровато.

Однако собака блистательно голодна, вкусняшка бесподобно ароматна, сам бы съел, – и рано или поздно, а все получилось.

Рублевка отлично обинфраструктурена. То есть все дорожки внутри поселков заасфальтированы, все необходимые бордюрчики присутствуют. А где их нет – там аккуратно, по-европейски закатан край дороги, и за ним сразу начинается спуск в выровненную по линеечке канаву ливневого водостока. И спуск этот довольно крутой (не хуже местных жителей), и по краешку асфальта идешь, как по-над обрывом у реки.

Так вот, я присмотрела как раз такой отрезок такой границы дороги и канавы, метров сто длиной, для наших с Любой упражнений. Я провела линию в полуметре от края дороги, вдоль обрывчика и попросила хозяйку двигаться строго по ней, оставив четвероногому умещаться как он сможет на узенькой полоске.

Четвероногий запротестовал, разумеется – вы чо, ребята, я ж сюда не влезу! – но мы равнодушно пожали плечами и для начала чуть увеличили сей интервал, а минут через десять, сантиметр за сантиметром, плавненько приблизились к задуманному.

И пришлось бедному осторожному хасенышу выбирать – или он летит под откос, теряя тапочки и шансы на угощение, или идет рядом как и было задумано: а именно, параллельно хозяйскому курсу. И садится – тоже рядом, а не под углом к хозяйке!

Ну, и через недельку все было готово. Заходил он, миленький, у нас рядом, как огурчик. Теперь мимоснующие мерсы начали притормаживать и дарить улыбки и восхищенные взгляды. Кое-кто начал и комплиментами кидаться на тему дрессировки собаки, ее породы и красоты. Про хозяйку они благоразумно молчали: наверное, хорошо знали, кто у нас муж. Муж у нас был в прошлом сотрудником оч-чень важного и серьезного государственного ведомства, которому и раньше было многое позволено…

Кстати говоря, все имена и клички изменены до неузнаваемости!

Осознанное - 2

Sun, 13 Dec 2009 16:09:07 GMT

«Подземная парковка» или йоркодрессировка

Этот рассказик тоже – о «осознанном».

Только здесь я поймала за хвостик метод, которым заменила бы первоначально выбранный, неудачный. Поймала, осознала, сделала, проверила… и вот, рассказываю.
*******
Йорчонок был молоденьким – всего полгодика, и очень маленьким.

– Кило шестьсот, – гордо отчеканила Алина, неся его на руках на первое занятие.

Гордо-то гордо, но на девичьей щеке появилась на секунду и пропала крохотная нежная ямочка, а взгляд, искоса брошенный на меня из-за щенячьей спинки, сверкнул весело и задорно. Юная владелица не только безумно гордилась своей чудной миниатюрной собачкой, но и сама слегка над собой подшучивала.

- Похоже, повезло, – подумалось мне. Самокритичный человек – думающий человек, а с такими всегда легче работать: они могут усилием воли ломать старые привычки, если они были неправильны. Причина непослушания собаки в 99% случаев – это следствие ошибок хозяев! Так что сломай неправильную привычку у хозяина, и собака исправится сама.

Вторым участником тандема был Нафаня. Терьереныш показался мне настоящим смелым псом, но я бы не назвала его очень доверчивым. Обычно-то собаки с первой встречи бегают за мной, как привязанные – к неизменному удивлению их владельцев. Но Нафаня только вежливо понюхал кончики моих пальцев, чуть-чуть повилял хвостиком и отвернулся.

Собачки его габаритов обычно вполне обоснованно опасаются людей. И действительно, стоит запнуться о такое маленькое нежное тельце – и хана ему. Так что реакцию я посчитала простительной и сменила марку сыра на иной, более соблазнительный вариант.

Мы с самого начала решили, что будем обучаться на улице и в совершенно свободном полете, как большие. Управлять собакой без поводка, особенно проворной, достаточно сложно, и многие инструкторы облегчают себе задачу, отрабатывая все на поводочке. А чего морочиться? Прогресс очевиден, денежки платятся, риска потерять собаку – никакого, а хозяин еще не скоро совершит открытие, что без спасительного поводка собака его не слушается …

Зато без поводка сразу видно, получается у вас что-нибудь на самом деле – или нет.
И еще хорошо видно, насколько доверяет собака чужому человеку – тренеру. И уже на третьей встрече Нафаня понесся встречать вкусный сыр с патриотическим названием в моем кармане со скоростью Чарли Чаплина и в его же суетливой манере.

Ага, думаю, есть контакт.

Но проблемы на этом не закончились. Приходилось быть начеку: Нафан имел дурную привычку постоянно вертеться под ногами, а мы занимались с ним, попутно гуляя по парку. Правда, у меня давно отрос «третий глаз», по жизни направленный на собаку, это уже привычка: где бы и с кем бы я ни шла – если с нами гуляет собака, я постоянно верчу головой и держу ее в поле зрения, хотя бы в боковом.

И у меня никогда не было таких маленьких собак – и мой «встроенный сканер» не настроен на такую микроскопическую величину! Все время приходилось ловить себя на поправках на размер: глаза привычно искали движущееся пятно немного побольше размером.
Смелость песика потрясала. Заводчик не гулял со своими собаками, а хозяева начали гулять совсем недавно. И при малейшей опасности, или намеке на опасность, или при воспоминании о намеке на опасность, и просто так, для профилактики Алина поднимала Нафаню на ручки. Несмотря на эту гиперопеку, пес так и не приобрел безобразной привычки трусливо брехать на все, что движется.

Поначалу пришлось удерживать хозяйку, то и дело норовящую поднять щенка на ручки. Она никак не могла привыкнуть к тому, что ее любимец бегает на улице просто так, ни к чему не привязанный! И под девизом «Долой рулетку!» мы начали учиться управлению собакой без поводка.

Это было совершенно безопасно: гуляли мы в огромном парке на берегу канала имени Москвы, в Северном Тушино. Машин там не было, а больших собак, бегунов и велосипедистов мы могли видеть издалека. А для полного контроля над ситуацией мы порешили довести до совершенства подход собаки по первой же команде.

Итак, мы с нашим веселым микробом моментально изучили стремительный «мягкий» подзыв и четкую посадку. «Мягкий» подзыв – это когда вы с собакой договорились: если Вы особым образом щелкнете языком, то в течение нескольких секунд после щелчка собака может получить от Вас в подарок лакомый кусочек.

Но за кусочком этим собачка должна прийти сама. Договариваемся мы об этом обычно с очень голодной собачкой – это весьма ускоряет процесс, как усвоения информации, так и передвижения собаки по пересеченной местности. Собственно, в моей школе дрессировки именно этим мы и заняты первые пару занятий.

Потом, когда основные положения нашего договора обеими сторонами успешно усвоены, мы уточняем наши договоренности: например, чем скорее собака прибежит на щелчок, тем выше вероятность того, что она его получит. А также о том, что если бежала-то она быстро, а начала бежать не сразу после сигнала – то и здесь шансов не много. Или если нам пришлось повторить наш зов.

И таким образом, у собаки в голове кристаллизуется единственно правильный вид действий после этого щелчка: услышав его, бросить все и галопом нестись за вознаграждением, вдруг успеешь получить его, пока раздача не закрылась?

Одновременно, чтобы зря времени не терять, наш собачонок изучает посадку по команде. В этом ничего особенно сложного нет, разве что я «ставлю» хозяину жест. Если хозяин был терпелив и делал дома положенные упражнения, то уже через занятие, стоит вскинуть руку в характерном жесте – собака садится даже без команды! Собственно, четко выполненный жест уже и сам является молчаливой командой.

Когда оба приема изучены на пятерку – мы их соединяем. Теперь мы командуем уже «Ко мне!», «помогаем» себе при необходимости «мягким» подзывом, а прилетевшего щенка усаживаем жестом, и вкусняшку даем уже после этого.

И все вроде бы было хорошо. Кроме одного. Нафаня усаживался что-то очень уж далеко от хозяйских туфелек. Так что приходится тянуться к нему, выдавая лепесток засушенного легкого.

И однажды, присев на корточки, хозяйка чуть не потеряла равновесие!

Спрашиваю Алинку:

- Тебя не напрягает, что он так далеко садится?

- А как же, напрягает, конечно! – отвечает уже опытная дрессировщица Алина, знающая, что предела совершенству нет, и что так просто я вопросов не задаю.

- А давай научим его садиться поближе?

- Давай!

Во-первых, хозяйке пришлось понять, почему Нафанька избегает слишком приближаться к ней и к ее мужу. При этом он не особенно боится сидеть у нее на ручках, и не протестует, когда она, нагнувшись, аккуратно берет его под грудку, придерживая сзади. Не манера брать его тому виной. А что же?

- А вы его никогда не роняли?

- Да вроде нет…

В тот раз мы так и не выяснили, почему Нафаня опасался подходить близко к собственным хозяевам. Решила, что выясню потом. А пока нужно просто действовать так, чтобы он был вынужден подойти вплотную, чтобы получить кусочек. И – придумываю спецспособ, персонально для Нафани.

Сажусь на корточки, отставляю одну ногу подальше и показываю Нафане кусочек… из-под коленки. Так что взять его он сможет только в том случае, если зайдет ногами непосредственно под сидящего человека.

Сидящий же человек будет круглым дураком, если не воспользуется ситуацией и не погладит приблизившуюся собачью особу минимум три раза, пока носишко оной особы с наслаждением вдыхает пары желанного лакомства, а язычок пытается вылизать его из кулака сидящего человека. Вот так, например, приручаются дикие собаки йорки, систематично избегающие опасного сближения с собственным человеком.

Потом мы выяснили, почему он избегал попадаться в руки хозяевам. Однажды его схватили слишком нервно, суетливо и грубо. И потом он целую неделю вообще не подходил. Вспомнили-таки владельцы. Но в технологии исправления это значения уже не имело.

На Нафаню с его умом и сообразительностью потребовалось всего несколько дней – от одного занятия, где мы изобрели сей спецпредмет, и до другого. На этом следующем занятии песик залетал под скорчившегося хозяина (Илья иногда сопровождал на занятия по выходным свою молодую жену), и со стороны этот процесс представлял весьма забавную картинку.

А нам с Алиной этот прием добавил несказанную массу веселья.

Потому что маааааленький йорк, с разбегу залетающий под присевшего хозяина, в темное пространство между землей, самим хозяином и его олимпийкой, свисающей сзади почти до земли, напомнил нам обеим… автомобиль, лихо заезжающий в подземную парковку!

Осознанное

Mon, 30 Nov 2009 16:29:22 GMT

Глава 1
Вот уже который раз, занимаясь с разными собаками и их владельцами, ловлю себя на том, что… осознаю, что же именно я делаю.
Вот как это обычно происходит...
Наши героини - молодая белая среднеазиатка Ларси, еще почти щенок, которую манят и посторонние люди, и тем более другие собаки, и острые пряные осенние запахи подмосковных парков.
И Хозяйка… конечно же, женщина. У мужчин в наше время почти нет времени обучаться чему-либо днем, они зарабатывают деньги… для семьи или на свои развлечения. А вечера осени – темны и неуютны, и обычно у них находятся совсем иные занятия, чем торчать под дождем на мокрой и темной улице, сжимая в озябших руках промокший поводок.
В нашем случае Хозяйкой была обычная среднестатистическая русская женщина Полина, чуть за пятьдесят, обычного роста, размеров и комплекции, с нашим русским традиционным характером, и занятая обычными для этой группы людей занятиями: работа, уход за тяжелобольной мамой, заботы о подмосковной даче, о муже, о взрослой уже дочери, живущей совсем недалеко, по московским меркам. И вот теперь еще – о собаке.
Белоснежного толстолапого щенка привез в мае откуда-то из-под Воронежа муж Полины. Он был там в командировке и присмотрел попутно по объявлению щенка для охраны дачи. Была назначена небольшая цена, понравились родители, да и сообщение о том, что мать привезена из мест исконного обитания, повлияло на выбор.
Девочку он выбрал – похожую на маму, чтобы выросла такой же по характеру. К счастью, вырастили ее в родном доме совсем неплохо, кожи-костей она из себя не представляла, паразитов ей прогнали вовремя, а райские условия летне-дачной жизни и влюбившаяся в нее хозяйка обусловили бурный дальнейший рост.
И когда за десять дней миленький беленький щенок увеличился в размерах вдвое, игривые укусы крохотных забавных зубок как-то сразу перестали быть забавными.
Поняв, что не справляется с быстро растущим зверем, и дождавшись очередного воскресного визита мужа на дачу, Хозяйка запросила у него габариты мамы их собаки. Ужаснувшись, поняла, что чудо очень скоро превратится в настоящее чудовище, и что она даже физически не удержит его на поводке. И тогда она выискала меня.
Мелочи в дрессировке – интонации, повторы, жесты, телодвижения, снаряжение, обстановка – имеют намного большее значение, чем кажется со стороны. К счастью, хозяйка оказалась более вдумчивой и внимательной к мелочам, чем обычно это бывает. И наше общение доставляло нам взаимное удовольствие, так что я отдавала все, что могла – а хозяйка брала очень много из отданного.
И поэтому мы хорошо начали: трехмесячная Ларси отлично усвоила команды «ко мне», «сидеть», «фу» и «рядом», хоть снимай ее на рекламу дрессировщика. Собачка белоснежненькая, глазки как вишенки, мордашка наивно-старательная, как у первоклашки в первый учебный день. Только что ладошек, сложенных одна на другую на парте, не хватает. (Красные, как ошпаренные, руки хозяйки, безжалостно искусанные старательным щенком, и покрытые в несколько слоев мелкой сеточкой пересекающихся царапин, на той рекламе остались бы за кадром.)
Но произошло трагическое событие: буквально через два занятия хозяйкину маму постиг инсульт, и Полина в горе позвонила мне – мол, не до дрессировки ей сейчас совсем. Но я не спешила делать поспешных выводов, и оказалась права: спустя пару недель она позвонила снова. Занята хозяйка или не занята, а зверь-то растет и портится!
С дачи, залитой солнечным светом и усыпанной яблоками системы антоновка, им пришлось временно съехать: хозяйка почти поселилась в больнице, выхаживая мать, а Ларси на время поселили у дочери в подмосковных Химках.
Четырехмесячной азиатке пришлось привыкнуть к совсем другой жизни. Теперь она стала городской собакой, гуляющей на поводочке в парке и не боящейся машин и чужих людей. Надо сказать, эта юная аборигенка ни разу не посрамила чести предков и за весь этот тяжелый месяц так ни разу ничего и не испугалась. Вот только воли ей сейчас давали намного меньше, а хотелось ее на-а-амного сильнее!
Две недели, пока было неизвестно, чем закончится болезнь пожилой женщины, Полина не отходила от ее постели. И только потом, когда стало понятно, что жизнь продолжается, глухое черное отчаяние отступило. Хозяйка стала стараться находить клочки времени и для своей собаки, а спустя еще несколько недель наняла сиделку. Занятия продолжались, теперь уже не на даче, а в городе, и заниматься приходили теперь уже две хозяйки: Аллочка и Полина.
Конечно, от полученного месяц назад осталось не много. Но шанс был, и мы его отвоевали. Для начала мы научили молодую хозяйку подзывать собаку и восстановили скорость подхода (а это, между прочим, был стабильный галоп!). А потом посоветовали отпускать бегать с другими щенками, и это улучшило отношения между ними. Стало заметно легче.
А когда бабушка выписалась из больницы, Полина и Ларси переехали жить к ней, и сиделку взяли с собой. И я приезжала к ним заниматься – уже в третий дом.
И снова, после нового переезда, собаку как подменили. Она отказалась слушаться! И глаза хозяйки потухли. Пришлось «вернуться в детский сад», по меткому выражению Карен Прайор, и восстановить во второй раз самые простые вещи. Крайне примитивное, но зато безотказное исполнение «мягкого» подзыва, «сидеть» на трех секундах выдержки и «рядом» без поводка, как наиболее простой для исполнения вариант этой команды.
Домашнее задание в этот раз было облегчено до предела. И с хозяйкой была проведена некоторая «терапия»:
- Она не слушается! Вернее, слушается, если вокруг собак никаких нет!
- Ничего. Отремонтируем. Зато маму вон вытащили. А месяц назад – помните, Полина? – Вы говорили мне, что врачи не дают никаких прогнозов, и что Вы готовы на все, лишь бы она выжила?
- Да, точно…, - припоминает Полина. – Но с ней так трудно! Она кричит, стонет, ругается, хнычет… лицо хозяйки кривится в безнадежной гримасе, и оно становится старше своих лет.
Но я возражаю:
- Вы же тоже во младенчестве делали то же самое. Что же теперь, Вам можно, а ей нельзя? Это не она хнычет, это ее болезнь хнычет, так что не обращайте внимания. Надо относиться спокойно к этому и быть благодарной за каждый день… Смотрите, ведь Вы на самом деле счастливый человек: мама жива, живет в своей квартире, у вас есть прекрасный дом в Подмосковье и прекрасный муж, дочка Алла – умничка и красавица, а собака у Вас вообще всем на зависть! В Вашей местности нет войны, мужики с автоматами не шляются, домой идешь почти спокойно. Москва под боком, с ее возможностями! Век на дворе – двадцать первый, и не грозят повальные инфекции типа бубонной чумы, от которых раньше спасения не было! Все у Вас хорошо, короче, а что мама ругается – так многие бы с удовольствием с Вами поменялись местами…
А пока мы полемизируем, наша собака обнаруживает пожилого мужичка, возглавляемого русским спаниелем слегка обдерганного вида, и мчится к нему. Спаниель слегка трусит и пытается обмотаться вокруг ног владельца, явно мечтая о дополнительной паре нижних человеческих конечностей для более надежной защиты спаниельского зада.
Попытка отозвать собаку с ходу успехом не увенчивается: одно дело подозвать голодную собачку на голом поле, да за вкусную вкусняшку. И совсем другое – отозвать игривого щенка от очень привлекательного спаниеля! Которого можно обнюхать, чуть-чуть покусать за нос, припасть перед ним на передние лапы, радостно обтявкать или попробовать выцарапать лапой из-под владельца.
А подбежать и взять ее мы не можем! По крайней мере, не можем мгновенно: трубы теплотрассы преграждают путь нам, но только не собакам!
Но ничего. Отказываюсь от идеи забрать собаку вручную, но взамен ставлю себе задачу все же отозвать ее голосом, тем более, что в глазах спаниелиста не читается особого страха – а даже почти любование нашим белоснежным щенком. Встаю аккурат напротив этой группы за теплотрассой и, выждав несколько десятков секунд, необходимых для знакомства собак, настаиваю на исполнении.
Подзывов через пятнадцать, взглянув на меня исподлобья фирменным азиатским взгядом, щенок-таки понимает, что я не отвяжусь. И медленно подходит. Радостно верещу, какая она молодец, одобрительно и смачно хлопаю по белому боку, жертвую своей новой перчаткой для игры в перетягивание каната, и вот мы уже весело бежим к Полине!
- Ваша правда, Лена! – помолчав, говорит хозяйка, убедившаяся, что все-таки подозвать эту собаку, если очень нужно, то можно. – Я сама виновата: настали морозы, выпал снег, сиделка сбежала, не выдержав «харрррактера» научившейся ворочать языком мамы, и я стала с собакой мало гулять!
- Ну, и что делать будем? – с лукавой улыбкой прищуриваюсь я.
- Запустила я Ларсюху – значит, будем исправлять… – с шутливым достоинством откликается Полина.
Следующее занятие было совершенно другим.
Белый сверкающий снег, первый снег этой зимы, укрыл все какашечные непристойности заднего двора, где мы занимались и сменил мое впечатление от картинки с легко-отрицательного на восхищенно-положительное. Да и хозяйку словно подменили: столько мы с ней на занятиях не хохотали и не шутили никогда! Собака наша вспомнила все, чему ее учили столько времени, как в том фильме «Вспомнить все»! Выполняла – аж летала!
Но всему бывает предел, и из-за ближайшего куста появился хорошо накачанный постоянным тасканием за собой бабки французский бульдог, и наша принцесса рванула было к нему…
Под моим строго запрещающим любое мяуканье взглядом Полине удалось промолчать, и положенную на знакомство собакам минуту мы выдержали.
Затем, конечно, не без труда – но подозвали. Хозяйкой подозвали! Тоже уже сдвиг.
И потом, когда бульдога почти волоком оттранспортировали за гаражи «пописать», наша уже довольно внушительная с виду щенуля весьма недвусмысленно посмотрела ему вслед. И длинные ноги подрагивали от шальных мыслишек: побежать за ним, или не побежать?
- Не побежишь ты никуда, – подумала я.
Потом задумалась. А почему, собственно, я так в этом уверена?
Простейший анализ заставил меня заподозрить кое в чем мою собственную левую руку. Она ласково и спокойно лежала на шее азиатки, совершенно не собираясь сжиматься и захватывать шкуру…
Но зато средний палец чуть-чуть подсунулся под ошейник. И был готов, если собака резко стартанет, мгновенно согнуться и зацепиться за него.
А указательный справа от него тоже уже почти согнулся, чтобы тут же подхватить полоску ошейника. У меня довольно сильные пальцы, наследие детских занятий музыкой – но я же, все-таки, не Рэмбо, удерживать такую зверюгу одним пальцем. По крайней мере, дольше нескольких секунд.
И два остальных, безымянный и мизинец, уже настроились к перехвату, так сказать, во втором эшелоне, следующим движением руки. И именно в таком порядке.
И совершенно был настроен поддержать собратьев с противоположной стороны – большой палец. Рука была расслаблена, и спокойно лежала на белоснежной шее, но замечательно готова к неожиданности. И точно знала, к какой. Ай да ручка!
Поудивлявшись маневрам собственной конечности, я-таки осознала наконец, что именно она делала, и почему. А также осознала, что я бы ни за что:
а) не смогла удержать хватом за шкуру наше уже довольно сильное млекопитающее, если бы оно рвануло все-таки играть с бульдогом и
б) ни за что не стала бы делать столь вероломное действие. Ибо после него собака ни за что не приблизилась ко мне на расстояние вытянутой руки.
Возможно, собака «считала» из информационного поля мои неограниченные возможности в деле собакоудержания, а, может быть, я когда-то уже применяла этот коварный прием против нее, хоть и не припоминаю этого. Ведь я часто делаю ровно то, что нужно, и только после это осознаю, мозги в процессе практически не участвуют, а руки и ноги делают то, что привыкли.
И только наблюдая за малоопытными владельцами моих четвероногих клиентов, я иногда осознаю разницу между своими действиями и тем, что делают они. И если мои результаты сильно отличаются от их результатов, то внимательно ищу разницу. Она, как правило, обнаруживается – но она иногда такая малозначительная с виду…
Но я считаю, что сила и ценность инструктора по дрессировке собак заключается не в том, что он умеет их дрессировать лично, а в том, что он научился наблюдать, осознавать разницу в действиях своих – умеющих, и чужих – неумеющих. И в том, что он сумеет объяснить неумеющему эту разницу. Причем таким способом, чтобы данный человек это гарантированно тоже понял или увидел. И смог воспроизвести.
Потому что хорошо дрессируют собак довольно многие люди.
Из них наблюдательны и могут понять, что именно они делают - не очень многие.
И только некоторые могут объяснить то, что они делают, словами другому человеку.
По сути дела, эта же параллель прослеживается в любом человеческом занятии. Немало людей имеют высокий уровень в овладении какой-нибудь профессией. И это можно назвать искусством. Не все из них понимают, как это у них получается, и мало кто может научить другого: превратить искусство в нечто воспроизводимое, в науку.
И если это – три уровня мастерства, то в тот день, когда я удивленно посмотрела на свою левую руку, я, кажется, поднялась на вторую ступеньку.
А если меня поняла Полина и сможет, когда нужно, сделать это сама – то, может быть, и повыше… ;)

Ррррррота! Кру-у-у-угом-кругом-кругом…

Tue, 10 Nov 2009 18:50:07 GMT

Голос в трубке был приятным.
Более того, он был безупречным.
Человек на том конце провода емко и честно описал проблему, договорился со мной о времени визита, сообщил адрес и другие важные детали маршрута, а также был достаточно вежлив и точен. И на все это у него ушло не более полутора минут.
Сей факт меня так дезориентировал, что я согласилась «посмотреть» метиса пита или стафа, хотя я практически никогда не соглашаюсь дрессировать ни стафов, ни метисов. И подумалось мне постфактум, что человек-то позвонил очень не простой.
Он оказался офицером российской армии. А по званию – просто полковником, хотя ему по виду было не менее сорока восьми. Жаль. Если бы все российские военные чины были такими, как Александр Иваныч – я бы изо всех сил уважала российскую армию. Ну просто эталон российского военного, причем любого века. Такого легко представишь себе хоть в гусарской форме пушкинской поры, хоть за пультом управления из «звездных войн».
И характер оказался точно таким же, каким показался с первого взгляда. Точный! Пунктуальный! Лаконичный! Обдумывающий каждую фразу! Конкретный! Мгновенно принимающий решения и четко их придерживающийся.
Я порадовалась. Достаточно мало людей, которые четко знают, чего хотят добиться. И такой человек рядом с дрессируемой собакой – залог того, что все получится. Поэтому я очень постаралась высказываться четко, понятно, прибывать на занятия пунктуально и вообще – соответствовать.
И, как правило, так и получалось – за одним обидным исключением, когда я опоздала минут на 8, причем в чистую из-за субботней транспортной пробки. Утешало только то, что хозяин с собакой ожидал меня у автобусной остановки, и пробку эту мог наблюдать лично.
А еще у Александра Иваныча оказалась милая жена Ольга в габаритах Дюймовочки, которой приходилось почти летать на поводке за крупной и длинноногой темпераментной полустафкой с частотой минимум раз в минуту и в диапазоне минимум на три метра в одну сторону. Что, собственно, и привело к стремительному принятию решения о приглашении инструктора по дрессировке ее мужем, как только он увидел проблему и осознал ее масштабы и перспективы.
А мне, тому самому инструктору, довелось услышать одновременно страшную, трогательную, потрясающую, но все же счастливую историю появления собаки в этом доме.
********
Ее нашли на помойке.
Вернее, ее не теряли и не находили. На помойке, такой облагороженной московской помойке с крышей, на бетонном полу и с зелененькими стенками, жили с рождения целых трое щенков вместе со своей матерью, бездомной дворняжкой.
Я не знаю, почему их не вытурили оттуда южнообразные московские дворники. Не полагается же жить на помойке. Даже собакам.
Но факт остается фактом.
Жители подмосковного Реутова (на самом деле, пожалуй, его спокойно можно считать спальным районом Москвы) тоже относились к щенкам хорошо, почти любовно. Они различали всех троих друг от друга, присвоили им персональные клички (Мишка, Машка и Мартышка), а еще время от времени выносили угощения: попутно с выносом мусора, но в специально-отдельном пакетике. Щенки уже узнавали «своих» человеков и радостно бросались к ним навстречу. Грешил заходами к ним, в основном, «бывший собачий» народ. Однако по домам не разбирал…
Так всем кварталом и вырастили щеников до трехмесячного возраста.
А потом случилась беда.
Конечно же, она должна была случиться, и именно в этом возрасте. Умные ученые и опытные собачники сказали бы, что закончился колостральный иммунитет. Проще говоря, пока щенки питались материнским молоком, антитела ко всем болезням они получали из него. Но в двухмесячном возрасте они неизбежно переходят на другую пищу, а срок жизни антител – один месяц…
ЧУМА.
Кто застал – тот знает.
Даже любящий хозяин, с арсеналом лекарств, безразмерным кошельком, машиной под задницей и кучей друзей-собаководов может не вытянуть щенка из такой болячки. Тут уж кому как повезет.
Машке – не повезло. Ее трупик однажды утром нашла одна из доброхоток. Поплакала и погрузила в большой бак.
Погрустневшего Мишку, растерянно бродящего вокруг помойки, забрал в тот же вечер дяденька из соседнего двора. По слухам, пес выжил и охраняет теперь дачу где-то по Егорьевскому шоссе.
А вот тяжело больную Мартышку, уже не встававшую на задние ноги, взяли к себе Ольга и Александр Иваныч.
Много десятков дней и ночей они лечили ее. Массировали ноги, делали уколы и капельницы. И случилось чудо. Через три недели она встала, а через шесть – вышла на первую после болезни прогулку. Ковыляла сначала как-нибудь, потом начала бегать… а к восьми месяцам, к моменту приглашения меня в качестве инструктора по дрессировке, развила мускулы и обнаглела настолько, что обычной женщине стало трудно удерживать ее на поводке! И памятью о болезни, молчаливой повестью о человеческом неравнодушии, сострадании и стойкости остались только коричневые отметины на эмали ее зубов.
Отец щенков, видимо, был питом или стаффордширом. От него Мартыша унаследовала сочный красно-тигровый окрас, лобастую голову и сильный, но легкий в обращении характер. Ты ей только говори, что делать нужно – она уж постарается! Изо всех стафьих сил постарается. Кто не знает, что такое стафьи силы, стафья энергия и жизнерадостность, тому стоило бы показать это специально!
А от матери, которая, видимо, была крупной дворняжкой, она взяла почти дожью длинноногость, разрез глаз и общие пропорции тела. К счастью, не характер. Мартышечка совсем не была трусливой, забитой или неуравновешенной. Обычный щенок с обычным для стафеныша характером, и даже без особо противных привычек, просто не взятый вовремя в опытные руки.
*******
Отпущенная с поводка по моей просьбе на закрытой волейбольной площадке, она радостно понеслась кругами, взбрыкивая и подлаивая от полноты чувств. Веер солнечных брызг с асфальта – в одну сторону, веер голубиных крыльев – в другую, а сама псина с улыбающейся мордой на бешеной скорости пронизывала все это, как метеорит атмосферу!
Как давно она не была совсем свободна: все поводок да поводок. С тех самых пор, как ее перестали отпускать в свободный полет, не справившись с проблемой подзыва…
Дав ей осмотреться, убегаться и немного подустать, я попробовала подозвать ее, помогая себе кусочком… и мои руки тут же были многократно облизаны и нежно пожёваны, а счастливая улыбка тут же взлетела к самому моему лицу, благо оба наших роста позволяли это! И это действительно были телячьи нежности, вот только в фирменном «стаффордширском» исполнении: мои домашние потом неоднократно приходили в ужас от количества царапин и следов от клыков на моих руках.
Несобаководу это точно не понять, но мы с ней точно понимали, что играем и радуемся, нам обеим было весело, и каждая из нас точно знала, что другая чувствует то же самое!
А вот залезание лапами на инструктора тут же пришлось пресечь при помощи «нечаянного» наступления на заднюю ногу. Стало понятно, что эта беспредельно доброжелательная, но столь же беспредельно неукротимая энергия требует немедленного перенаправления в безопасное русло, иначе будут смяты в гармошку и радостно изжеваны не только владельцы с инструктором, но и все прохожие в радиусе ста метров.
Пришлось прививать высокородные манеры прямо тут же, при первом знакомстве, благо вкусный сыр у меня с собой был, а псину по моей просьбе сегодня не покормили. И уже в конце первого, даже «нулевого» урока собака почти цивилизованно двигалась «рядом» с хозяйкой, не натягивая поводка и заглядывая ей в глаза.
Занятия с ней шли совершенно так, как я и распланировала с самого начала. Собака охотно училась, Ольга, стимулируемая уже прочувствованной жестокой необходимостью, тщательно постигала тонкости управления сильной собакой без применения к ней физической силы. Стоило мне сделать ставку на силу и сделать что-нибудь «на механике», без моего постоянного влияния что-нибудь неминуемо сорвалось бы рано или поздно. В собаке тридцать пять килограммов, а в хозяйке сорок восемь… и мы сделали все, абсолютно все – «на вкусняшках».
«Рядом» мы научились ходить без единого рывка, выдержку на команде «сидеть» делали даже без пристегнутого поводка, да и тренировались в основном на свободном выгуле в поле, совмещая занятие с прогулкой, когда Мартышка галопом прискакивала на зов, охотно исполняла несколько команд и с тем же восторгом снова уносилась бегать кругами.
Удивлению владельцев не было предела: они почему-то думали, что собак, особенно крупных и сильных, дрессируют плеткой, сильным рывками и вообще, при помощи физической силы. Они даже посомневались сначала, сможет ли инструктор-женщина обучить их собаку! А оказалось, что мы и не дернули ее за поводок ни разу, а между тем Мартыша стремительно повинуется, на зов бросается галопом, а рядом идет, терпеливо и тщательно прилаживаясь к шагам хозяйки.
От занятий даже оставалось время – и мы потратили его на развлечения! Плюс к обязательной программе мы изучили два цирковых номера – «кульбит» (это когда стоящая собака по команде падает, перекатывается через спину и снова встает) и «змейку» (как в цирке, человек шагает, а при каждом шаге у него то справа, то слева под ногу проныривает собака). Правда, «змейкой» рисковал заниматься с Мартышкой только сам хозяин: миниатюрная владелица просто оказалась бы сидящей верхом на своей грандиозной собаке, вздумай она подать эту команду!
Александр Иваныч мог посещать занятия только по выходным, и мы специально подгоняли для этого график занятий. У мужчин мозг организован намного более логически, и строгие принципы командования собакой они усваивают гораздо быстрее, чем мы. Поэтому они шли вровень, и это было очевидно.
У Ольги была забавная манера командовать своим полковником. Если он шел, ведя собаку по команде «рядом» на поводке, и ему случалось, забывшись, излишне натянуть поводок – я, разумеется, вполголоса корректировала это: - «Сан Иваныч, повод ослабьте!».
А Ольга громогласно дублировала: - «Саша! Как ты поводок держишь? Его же нельзя натягивать!!! Отпусти СРОЧНО!!!»
Через этот своевольный громкоговоритель пропускались абсолютно все мои фразы. Но вот что удивительно: выдержанный офицер так ни разу и не показал, что слышит это. Думаю, что этому его мог научить только суровый военный опыт!
Впрочем, один хронический косяк в работе с собакой у него все же был. Он долго не мог избавиться от привычки приговаривать, многократно повторяя, одну и ту же команду, причем без малейшей необходимости. Отдаст команду, например, «Сидеть!» - и повторяет, повторяет чуть потише: «Сидеть, сидеть, сидее-е-е-еть…».
Сделаю поправку, обращу на это внимание. – А, да. Забыл! – получаю ответ-согласие.
Но через минуту – снова то же самое.
Делаю снова замечание. Тот же ответ.
И снова, и снова, и снова то же самое. Один и тот же сценарий.
Совершенно не нужно и даже запрещено приговаривать дублирующие команды после отдачи основной – потому, что не собака сама должна решать, которую из поданных одинаковых команд она «услышит». Иначе – это она хозяйка положения: вы себе заняты делом – непрерывно командуете, а она занимается своим: жрет в кустах чего-нибудь или играет с дружком… а подойдет тогда, когда захочет. Верно? Значит, команда должна быть отдана только одна, а дальше делайте что хотите – но чтобы она обязательно подошла. Ну, или там села. Смотря что вы командуете.
А он ну никак не мог избавиться от этой вредной привычки и портил нам с Ольгой все дело. И это при том, что Мартыша прекрасно садилась по команде сама! Ну, может, поначалу чуть замедленно, и от команды до полной посадки проходило секунды три. А потом уже продолжал приговаривать это и идеально сидящей навытяжку Мартыше, не обращая внимания на ее недоуменный взгляд и поднятые в удивлении брови.
Я уж и сама показывала ему прием, вслух комментируя свои действия. И подходила поближе, чтобы вовремя успеть жестом показать: молчите, мол! И еще другие действия придумывала. Ну никак не ломается у него стереотип, хоть тресни.
Ну не брать же на занятия плетку, в самом деле!
И тут меня осенило. И после очередного назойливого речитатива…
- Ррррота! – скомандовала я воображаемой роте солдат. – Кругом, кругом, кругом, кругом-кругом!
Человек, которого я ни разу не видела улыбающимся, аж согнулся пополам от хохота.
Наверное, он представил себе, как он это командует своим солдатам. И растерянные лица парней, из которых одни повернулись четко, как по одной команде, а другие начали вертеться как заведенные, по пол-оборота на каждое произнесенное «кругом»…
И – все. Как отрезало. Больше он этой популярной ошибкой новичка не грешил. Во всяком случае на моей памяти.
******
На окончание занятий они преподнесли мне неожиданный подарок. Две фарфоровые чайные пары , на атласной подушечке, в роскошной коробочке сердечком, перевязанной шикарным бантом.
И сказали много теплых слов.
Я надеюсь, что я действительно помогла им справиться с их домашним ураганом. Помогла им не разлюбить его, научиться с ним общаться и вернула удовольствие от прогулок.
Да и они оставили у меня самые добрые воспоминания о себе.
А анекдот про эту роту я теперь рассказываю новичкам, потому что почти все они страдают той же хронической ошибкой.
И только одним вопросом я задаюсь вот уже сколько времени.
Все ошибки у разных людей – разные. Но вот эта присуща практически любому, кто еще не обучался дрессировать собак.
Где же находится это место, в котором их всех так хорошо и одинаково обучают этой стандартной ошибке?

Джем

Thu, 30 Apr 2009 18:15:43 GMT

Они поймали меня на прогулке. Красавчик белый гладкий фокс с агрессивно задранным хвостом и легкими веселыми ушками и пухленькая мягкая женщина с добрыми черными глазами.

Фокс оказался уже двухлетним и окончательно «рулеточным». И женщина – ее звали Юлия – призналась, что он их с дочерью не слушается совсем, не подходит на зов, а дома и вообще творит сущий кошмар: нападает на них, рыча угрожает, чуть не берет в заложники, особенно юную дочь. И ночью часто поднимает лай, требуя лучшее место на раскладном диване, и нельзя задеть его нечаянно ногой – тут же укусит. И кусал не раз.

Чтобы «отманить» его от дочери, мать применяла вкусняшки. И, разумеется, негодяй еще и укреплялся в собственном мнении о себе – что он тут главный, а все остальные прислуга. Как же: он лает, и его награждают за это! Неудивительно, что к его двухлетнему возрасту дамы совершенно перестали спать нормально.

Прекратить свои мучения они пытались давно и куда только не обращались, чтобы найти подходящего инструктора! Заводчик, как только услышала о проблеме, дала им телефон знакомого дрессировщика: - «он сделает».

Спаситель, выслушав хозяйку, побоялся работать, сказал, что это «случай очень сложный» и что он не возьмется, а вот есть его старый учитель – так, может быть, он возьмется… и что стоить решение проблемы будет пятнадцать тысяч, по полторы за одно занятие.

Но пятнадцати тысяч сразу не нашлось, и поиски адекватного и не такого дорогого инструктора продолжились – до тех пор, пока они не увидели великолепно управляемую без поводка Жужу. Начавшаяся охота на «классного дрессировщика в нашем лесу» и привела к нашей встрече.

Для начала я попросила отстегнуть поводок у наскучавшегося за два года на поводке пса.

- Ой, да мы его не поймаем! – возразила хозяйка.

Но я почему-то была уверена, что поймаем, если что. Потому что он проявил искренний интерес к моей Мирте, а она вполне послушна. Набегавшись в охотку, песик пошел рыскать по кустикам, и с не меньшей охотой принялся жрать какую-то гадость. Пришлось его поймать голыми руками и объяснить, что к чему и кто из нас инструктор, а кто – собачка, причем не первая и не последняя укрощенная моими руками.

Одновременно с объяснением собачке расстановки сил, буквально держа ее, рычащую, на весу, пришлось объяснить и владелице суть проводимых мероприятий и их цель. Самое сложное при этом было использовать весьма контрастные интонации для обоих моих слушателей и ухитриться смотреть обоим в глаза, поскольку песик хоть и выглядит эфемерным, но весит все же не менее десяти килограммов и долго удержать его на вытянутых руках было сложно.

К счастью, интеллигентная и уступчивая хозяйка к моменту нашей встречи уже была доведена этим своим домашним тираном с ангельской внешностью до точки белого каления, поэтому увиденное не привело к сердечному приступу. Наоборот – боюсь, что она испытала что-то вроде удовлетворения, обнаружив, что и на ее страшного зверя с длинными клыками нашлась-таки управа!

После обязательной процедуры по установлению правильного ранга пес закономерно стал покладистым, уравновешенным, послушным и приветливым – как в сказке. Правильно: если он не будет мне нравиться, кто знает, что придет мне в голову? Лучше уж быть покладистым: это точно мне нравится, рассудил умница пес.

В первый же день занятий мы приобрели отличный неснимаемый тканевый намордник, плотно упаковавший серьезные челюсти и сделавший животное демонстративно безопасным. Теперь он проводил в нем все ночи и большую часть дня. Удрученный, он уныло стоял или лежал, почти не шевелясь, и его скорбная поза должна была пробудить укоры совести у хозяев.

Но увы, никто уже на его позы и выражение глаз не велся, дамы вкусили прелесть спокойного сна, и плата за него не казалась им теперь чрезмерной. Кое-какие профилактические мероприятия, не жестокие, но вполне убедившие собаку в том, что она теперь находится по рангу ниже старшей владелицы, тоже были проведены и за ее здоровье я теперь была спокойна.

Но, хотя в течение первых двух занятий мы «опустили» его ниже Юлии, но ее дочь, семнадцатилетняя Аля осталась еще под боем. И огорченный частичной потерей статуса пес решил отыграться на ней, нападая и угрожая рычанием за малейшую ее «провинность». Это тоже было недопустимо, и мы пригласили ее на занятия.

Тренировки наши часто совмещались с прогулками. И на одной из прогулок я, помахивая поводком-цепочкой, довольно эффектно хлестнула березовую веточку: ну, просто так получилось. Мирта, никогда в жизни не видевшая побоев, никак не сопоставила звук удара с возможными перспективами, а просто махнула пышным хвостом и улыбнулась мне снизу. Но что сделалось с Джемом!...

Он вытаращил глаза, у него в буквальном смысле отвисла челюсть от ужаса, он просто оцепенел, глядя на нас, размахивающих этим поводком!

Поджавшийся хвост подсказал мне дальнейшие правильные действия.

- А ну-ка, Юлия, - сказала я. – Размахнитесь как следует и побейте вот эту упавшую валежину! И подмигнула, показывая глазами на обарашенную псину.
Юлия уже убедилась, что мне доверять можно, потому что мои советы дают быстрый и эффектный результат. И, ничего еще не зная, выполнила требуемое действие: «наказала» ствол упавшего дерева.

И пес испугался. Конкретно этой цепочки!

Все, считай, дело в шляпе! Инструмент, при помощи которого наша девочка без труда возьмет верх над упрямым терьером, найден.

Осталось проинструктировать обеих, как именно нужно Але нужно дома «наказать» какой-нибудь плед или подушку, что нужно при этом произносить и куда потом повесить для острастки цепочку. Причем для достижения этого результата собаку ни разу не пришлось ударить. Получилась сверхгуманная «евродрессировка»!

Остальное было делом техники и терпения, и сейчас Джем ослепительно красиво сидит на пеньках деревьев в лесопарке, позируя объективам, а еще – восхищает Юлиных и Алиных подружек, гуляя без поводка и безупречно выполняя команды общего курса, о которых раньше женщины и мечтать не смели. И, конечно, он очень послушный мальчик дома – как раз такой, которого они и хотели иметь.

Марси

Tue, 28 Apr 2009 21:01:06 GMT

Это изумительно красивая и нежная девочка, мраморная колли. Светло-голубенькая веснушчатая мордочка, аккуратно поставленные на макушке идеальные ушки, пышный мех безупречного цвета… Ее с детства заласкивали любвеобильные соседки: слишком уж неправдоподобно привлекательным выглядел щеночек. С нею рядом всегда был готовый прийти на помощь человек.

А все же пришлось вырасти. И стало надо учиться решать самой, что делать с подбежавшей грубой собакой или незнакомым шумящим механизмом. Да и хозяин решил, что обязательно пройдет правильную дрессировку, уважая тридцатилетний опыт заводчика.

Собственно, заводчик – это я и есть. И не только ее заводчик, но и заводчик ее родителей, всех дедов и бабок, всех (кроме одного!) прадедов-прабабок и даже всех прапрадедов и прапрабабок (соответственно, кроме родителей того одного «не моего»). И уж совсем контроля ради, сейчас у меня живет и дрессируется ее родная сестра Мирта.

Так вот, по сравнению с сестричкой, Марси гораздо более нежна и робка. Марси – царевна Лебедь в совершенстве линий, а Мирта – как черный метеор с залихватски задранным пышным хвостом. Марси стоит и ждет, а Мирта летит навстречу. Марси жеманно обнюхивает носик незнакомой собаки, а Мирта с ходу радостно прыгает вокруг и поверх нее. Марси – «барышня», Мирта – «хулиган». Марси – аристократка с тысячелетними корнями, Мирта – жизнерадостная плебейка, и это – родные сестры!

Разумеется, при первой же встрече мы с Мирташкой за пару секунд смяли, скомкали и испачкали в весенней грязи это светло-голубое мраморное великолепие. Великолепие запищало, прижалось к папиным ногам и настоятельно потребовало убрать из поля видимости эту грубую стерву с длинными зубами. Пришлось потратить двадцать минут на то, чтобы увести Мирту домой.

Однако мои собаки отличаются сильным темпераментом и трусость, в отличие от множества современных колли, им несвойственна. Собственно, за то я их и ценю. И, когда я получала щенка из Новосибирска, он был таким же как все – совершенно не робким, а веселым и кусачим, и это после многочасового перелета в незнакомых условиях. И оттуда сообщали, что она едва ли не круче всех остальных щенков была. Ну не может быть, чтобы у нее была врожденная плохая, слабая психика! Значит, что-то помешало ей развиваться такой же смелой, как Мирта или другие щенки из моего питомника. Так что попробуем «достать» из нее другую, смелую собачку.

Для этого начинаю бурно ее гладить и хвалить – так же, как Фари. Эффект есть, но слабо выраженный.

Владелец – мужчина в расцвете лет – имел раньше мраморную колли и купил эту в память о той. Возможно, в начале жизни первой собаки он и занимался с ней дрессировкой. А потом она привыкла к его лаконичным командам и малозаметным похвалам. Что и неплохо: у них взаимопонимание, видимо, было.

А новый щенок, хоть и быстро стал выглядеть почти так же, как старая-любимая, опыта общения с этим человеком не имел. А человека быстро стало раздражать, что ЭТА собака его не понимает и не слушается.

Он так сильно любил первую собаку, что подсознательно хотел создать себе иллюзию: его любовь по-прежнему с ним и никуда не уходила. И забыть, как страшный сон, все, что происходило во время ее болезни. И смерть тоже забыть.

Но прошедшее не возвращается! Свойство у него такое. Как бы ни была похожа внешне новая собака на прежнюю – все же это другая собака. У нее другой склад психики, другие привычки, другой характер, другие навыки, она еще не обучена тому, что было привычным для первой… вот только хозяина она любит так же сильно. Просто еще пока не умеет слушаться.

А иллюзия эта может дорого обойтись. Потому что – видишь на прогулках привычное животное перед собой, и привык думать, что она так же быстро подойдет на зов, или сядет по команде… и вот, возникает ситуация, когда надо быстро думать, быстро действовать и быстро командовать. А собака не умеет еще быстро реагировать! Или вообще еще не знает этой команды. Вот и все, и загубил собачку.

Наверное, поэтому у собачников есть поверье: если берешь вторую собаку после первой – смени пол, окрас или даже породу. Иначе она жить не будет.

Оправдывалось оно, при всей своей глупости, не раз и не два только на моей памяти. И я недавно только расшифровала, почему это работает. Психология человека! Желанная иллюзия по типу «я сам обманываться рад».

Вот, например, на днях Марси на прогулке вдруг перестала подходить на зов. Начала кружить вокруг владельца, то сужая, то расширяя круги. Но не давалась в руки.

Он вскипел и хотел было наказать ее, «чтобы неповадно было». Но, видимо, вовремя вспомнил про то, что я рассказывала ему мою ссору с Азрой. А я как чувствовала – загодя рассказала ту эпопею.

Эпопея та происходила в далеком 1980 году, когда я только начинала дрессировать собак. Я занималась с несколькими собаками, своими и соседскими, общим курсом дрессировки на площадке единственного тогда в городе клуба собаководства ДОСААФ.

Сейчас курс ОКД максимально выхолощен и облегчен: не хочешь долго и нудно учить пса прыгать через почти двухметровый забор – на тебе, душенька, заборчик-«книжку» с приятной пологостью или окопчик метровой ширины. Работа на расстоянии – не пятнадцать метров, а пять. Повторы? Ну, сделаем вид, что не слышим. Выстрелы? Да лааааадно! Сделаем хлоп доской об доску. И так далее. А вот в то время, не извольте сумлеваться, проверяли все, и довольно строго.

И после того, как я отдрессировала собственную овчарку, а потом овчарки по воле моих родителей у меня не стало, я дико тосковала по площадке. По ее людям. По ее собакам. Я хотела там быть, работать с собаками, иногда отдыхать на П-образной лавочке и болтать с полузнакомыми людьми о собаках. И поэтому стала заниматься с собаками моих соседей, с которыми перезнакомилась в тот год, когда у меня была моя овчарка. Соседи, как правило, работали полный день и днем я могла сколько угодно гулять и заниматься с собаками.

Одной из этих моих воспитанниц и была Азра: отличная по тем временам восточница, от Дина Лубягина и Инги Гоцелюк, если не ошибаюсь.

Азру завел себе Андрюшка, сын тети Гали. Завел, вырастил, подрессировал немного и ушел в армию. Тут-то я и занялась ею. И все было прекрасно, мы с ней отработали ОКД, по-моему, даже сдали его, и тут из армии пришел Виктор – как оказалось, у Андрюшки был еще старший брат.

Андрей, при всей его безалаберности, науку дрессировки уважал, собакой занимался от души и поэтому дрессировать ее пытался не без успеха. А вот Виктор гордо решил, что раз он уже слышал где-то команды, которые отдают собакам, а собака безупречно слушается, то все так дальше и будет. И, поскольку он необходимости в консультациях не чувствовал, а в обществе идеально обученной овчарки было так нетрудно блистать в местном женском выпивающем обществе, то мне в достаточно обидной форме посоветовали больше не путаться под ногами.

Ну не путаться, так не путаться. Что поделаешь, собака не моя.

Спустя месяц – звонок в дверь. Семь утра! Кого бы это принесло? Виктор.

- Что случилось?

- Да это… ты поймай мне Азру! Она совсем от рук отбилась. Не подходит по
команде!

Это было не похоже на идеально отработанную Азрушку. Но я помнила, что такое может быть, если после подзыва сразу наказать собаку.

- А ты ее бил после подзыва?

Вытаращив для убедительности глаза, Виктор стал клясться, что и пальцем не тронул.

Ну да, думаю. Пальцем не тронул, а сапожищем отпинал на славу. Так-то Азра не обидчивая. Значит, отходил. И изрядно. Собака зря не скажет! И что делать теперь? Поймать? Так он за углом снова ее отпинает. В первый раз – за то, видимо, что не подошла. А сейчас, по его искаженной дедовщиной логике – за то, что унизила его и заставила просить девчонку об услуге. То, что в ее неповиновении он может быть повинен сам, в его логику не входит по определению!

И как именно он быстро испортил навык послушания у отлично отработанной собаки –долго думать не надо. Я-то замечала все мелочи, которые портили однажды достигнутую идеальность в выполнении приема и указывала на них при помощи кусочка печенья или сыра.

Иначе как? Ведь мы много времени на их отработку потратили. Подбегать собака должна с первой команды – раз, быстро бежать – два, быстро обойти справа – три, сесть без команды слева – четыре, воткнуться глазами в лицо проводнику – пять, ждать сколько надо – шесть. И еще семь: сесть строго параллельно мне. И все эти мелочи отрабатывались месяцами. Разве я пропущу ошибку?

А он, видимо, просто ее не хвалил ни за что. Выполнила – и ладно, разве она не обязана слушаться Великого и Могучего Виктора?? Быстро подошла – нет реакции, даже оглаживания со словом «хорошо». Медленно подошла – опять нет реакции. Так зачем собаке стараться?

А как-то раз она выждала и вовсе не подошла, а он настаивать не стал. Ну, раз можно не подходить по команде, если очень хочется, то так и будем делать – не подходить, если неохота! А он, видимо, затаил злобу. И в очередной приступ неповиновения уперся, подозвал-таки – и отколотил со всей накопившейся злобы. Вот и вся причина.

Что тут можно сделать? Ничего. Это их собака, и я не имею права Вышла я на улицу, собака радостно ко мне подбежала… пришлось пристегнуть ее к поводку и передать конец заносчивому и хамоватому хозяину. И потом не раз и не два приходилось делать то же самое.

А потом я все же получила право гулять с ней! Видимо, намучавшись с подзывом, он прочно посадил ее на длинный поводок и теперь гулять стало скучно и неинтересно.

И как-то раз, идя с ней с долгой прогулки домой, случилось мне нечаянно повысить голос. Видимо, она не подбежала с первой команды, а вторая, как известно, подается громче и с большей внутренней силой.

И… Азрочка отказалась подойти ко мне!

Она кружила вокруг меня на расстоянии чуть большем чем вытянутая рука. Прижимала уши. И не подходила.

Я, отгулявшая пять часов в лесу, потратила еще один час, наблюдая постепенно темнеющее небо и понимая, что дома мне, школьнице, здорово влетит самой.

Собака уже решила, что если я ее все-таки поймаю, то после наказания мы все же пойдем к ней домой, где она наконец съест свой ужин и будет отдыхать на мягком коврике.

Но я демонстративно не ловила ее, уменьшившую радиус кружения. Я решила добиться во что бы то ни стало ее добровольного подхода.

И добилась. Через час она на полусогнутых подползла ко мне. Сдалась. Но я, «комнекавшая» час почти непрерывно, не стала ее наказывать, а бурно похвалила и мы весело побежали домой. И больше таких эскапад у нас с ней не было.

Она поняла: подзыв – это индульгенция, выполни его и все будет хорошо.
Но стоило ее тут наказать – и поведение бы усугубилось, в следующий раз ее было бы невозможно взять вообще, а это опасно для собаки.

Вот от этой беды мне и удалось дистанционно уберечь Марси.

Фари

Sun, 19 Apr 2009 10:35:38 GMT

Фари

О главной проблеме мне рассказали еще по телефону.
- Он очень несмелый! – сказали мне. И повторили в разговоре это еще несколько раз. И вообще, как я поняла, это была главная проблема в жизни молодого черного овчара и его главного хозяина. - Ну, и еще он плохо слушается!
Овчарка, да еще и «несмелая». Трусит при встречах со всеми собаками и дает себя обижать.

Нууу, подумалось мне, проблем тут не оберешься. На немецких овчарок часто жалуются со стороны их особенной психики – то они убивают на прогулках чужих щенков, то обладают каким-то синдромом, заставляющим их слишком суетиться, то вообще что-то происходит с их «крышей»… ничего личного, это у меня просто ассоциации такие, если встречаются собачники и разговаривают про овчарок, то именно на эту тему чаще всего идет разговор… а может все на деле и не так страшно…

С такими мыслями иду встречаться со Егором Викторовичем и его Фари.

Фари оказывается крупным и красивым молодым черным немцем (скорее всего, потомком «восточников» и «гэдээровцев») с удивительно милой и дружелюбной мордой! Он с ходу пришел ко мне в ручки и мы с ним радостно поласкались, похлопались по широкой и в общем вполне упитанной, но очень необмускуленной – позвонки на ощупь торчали – спине… А потом пошли на почти закрытую выгульно-дрессировочную площадку, которые тут почти на каждом шагу, и еще поласкались! И еще, и снова, поласкались, и инструктор долго и весело хвалил пса: - «хороший пес, хороший, отличный, ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ!!!!!!!!».

А пес – пес вертелся юлой, стремясь подставить каждую шерстинку под теплые ладони, не упустить ни секунды, поглощая своим телом ласку человеческих рук, и выглядел в эти минуты подвальным желтым и чахлым росточком, впервые вынесенным на солнце. Он удовлетворял застарелую свою потребность, прямо жажду!

Да у него диагноз простой, внезапно остро понимаю я. Ему просто недостает одобрения от вожака стаи – человека! Взглянув на владельца, убеждаюсь в этом: суровый, широченный в плечах бывший геолог, и как потом выяснилось – начальник полевой партии.

К нему, то есть, к хозяину, прекрасно подходят все определения, лежащие между «кубический» и «брутальный» и заканчивая чем-то вроде «могучий» или «матерый». Но вместе с этим - вполне себе интеллигентный седоусый москвич шестидесяти лет. И еще потом выясняется, что он – потомственный дворянин, и москвич не простой, а коренной. Во всяком случае, его прямой предок подписал знаменитое «соборное уложение» в тысяча шестьсот каком-то году!..

Это один из тех суровых и настоящих мужиков, на которых пока еще держится наша российская цивилизация, которые умеют делать дело, нести за него ответственность и отличают настоящее от мнимого. Они ценят в одежде – добротность, а не моду, в машине – надежность, а не дизайн, а в людях – искренность, а не выпендреж. Потому что в тайге, в автономной заброске, значение имеет только Настоящее.

И все это замечательно и прекрасно, но мне при всех моих красноречивых талантах так и не удается заставить этого сурового Тараса Бульбу хоть чуть-чуть смягчить тембр его голоса, дабы обозначить для пса «одобрение хозяином»! Очевидно, слишком много его побила жизнь, слишком опасно даже ненадолго уподобляться кому-то слабому…

Впрочем, и одного моего одобрения Фарику хватает на то, чтобы развеселиться, набегаться по площадке и, выйдя в лес через час, укатать в снежный комок случайно встреченную крупную дворняжку. И – он над ней доминировал! Его уши и хвост теперь были победно подняты, пес скакал по сугробам и наслаждался весной, свободой, радостью бега и совершенно очевидно был счастлив!

Спрашиваю у хозяина:

- Ну что, узнаёте своего зверя?

- Нет слов!... – отвечает.

Спустя несколько дней Фари все еще не хочет слушаться хозяина и рвется в лес, бегать на свободе. Мы отпускаем его – и он носится вокруг, нарезая стометровку за стометровкой, и иногда пробегает мимо людей, хоть и не пристает к ним – а ведь он огромный и черный: кому на таком фоне видны наивные глаза этого юного веселящегося оболтуса?!

Хозяину страстно хочется снова посадить его на поводок, чтобы не беспокоиться об этом. Но я вижу, что собака совершенно не интересуется никаким лакомством, а вот острый дефицит свободного движения абсолютно не удовлетворен.

Прописываю сначала совместный выгул с одной знакомой полуовчаркой, которая часто делит с нами одиночество во время прогулок. Собачка очень подвижная, постоянно носится галопом, при этом вполне послушная и адекватная - в самый раз подошла бы в качестве отвлекателя Фарикового внимания для свободных прогулок. Но - не получается: за неделю они погуляли только раз, и то из полутора часов они были в свободном полете не более половины времени. Этого страшно мало, чтобы нагулять овчарку!

Не желая зря дрючить этого прекрасного, при всем при том вежливого к хозяину сОбака на «механике», отправляю их еще нагуливаться до умопомрачения, как минимум – на неделю. Только после того, как пес перестанет бояться, что его сейчас схватят, посадят на поводок и утащат домой, а еще и малость проголодается, можно будет заинтересовать его кусочком лакомства с ладошки.

В аккурат сейчас они выехали на неделю обживать дачу, главным образом потому, что в городской квартире гостит аллергичная невестка. Ну вот, посмотрим, что будет.

Прививка против потери

Tue, 14 Apr 2009 19:04:03 GMT

А еще с Жужикой была очень интересная история. Как и все глупые щенки, она уносилась на крыльях резвых веселых лапок куда глаза глядят – а в лесу глаза глядят обычно очень недалеко, и очень скоро хозяйку перестает быть видно. И мы с Ириной провели воспитательную операцию под кодовым названием «Потерялся хозяин!». Хозяин, дождавшись очередного улета собаки метров за пятьдесят или сто, аккуратно поместился за толстый ствол, вдохнул в себя воздух, чтобы стать тоньше ствола, и тщательно замер.

Жужа прискакала назад… а хозяйка где? А НЕТУ!!!!! Думается мне, что она пережила несколько очень некомфортных минут. Разумеется, в панике заметалась по поляне, подбежала ко мне, заглянула вопросительно в глаза, я ей ничего не сказала… но она все же охотничья собака: поймала знакомый запах и нашла, нашла, нашла любимую хозяйку! И с того момента начала четко следить за своей собственностью одним глазом. Не убегает далеко! Просто благодать. Особенно это свойство удобно для прогулок в темноте: тебе собаку все равно видно плохо, так пусть хотя бы она тебя «пасет»: ночью ты для ее чуткого носа и не менее чуткого слуха не менее очевиден, чем днем.

Жужа

Sun, 12 Apr 2009 14:39:23 GMT

Пятимесячная ирландская сеттериня: подвижная, веселая, активная, чуть-чуть криволапая из-за зимнего выращивания, но в целом весьма симпатичная. Хозяйка Ирина, молодая стройная и миниатюрная женщина в щегольской пронзительно-желтой курточке с меховой оторочкой смотрится с нею рядом великолепно. Это мои вторые клиенты в этом лесу.

Первым делом прошу заменить красивую светлую курточку – на темненькую, неновую и «гуляльную». Почему? Потому что мы должны очень быстро вознаграждать желаемое нами поведение собаки, тем более, такой проворной, как Жужа. То есть, быстро вытаскивать кусочки из кармана.

А если нам будет жаль курточку, то мы положим лакомство (а это будет слегка жирный сыр) не прямо в карман, а в пакетик, и потом уже в карман. И такая конструкция гарантирует, что мы будем доставать сыр из кармана полминуты, за это время собака тринадцать поз поменяет, и то – если не будет торопиться! А мы хотели поощрить ту ее позу, которая была до этих тринадцати! В результате вместо позы «сидеть» мы рискуем подкрепить прыганье лапами на хозяйку!
Ровно то, чего я боялась, с этой курточкой и происходит. Наша потрясающая умница собачка, впервые услышав команду, прыгает лапками на мамину пышную меховую манжету… но ей руками быстро придают правильную форму, и она лопает положенное лакомство. Вторая попытка дать команду приносит мгновенный ПРАВИЛЬНЫЙ! результат, но мы не успеваем дать ей лакомку!!!

Ээээх, я остервенело грызу себя, что не предусмотрела варианта такой гениальности собачки, и теперь она, не получив подкрепления вовремя, в ту же секунду – вычеркнула это действие из списка правильных и теперь старательно обдирает хозяйке манжеты!

Ситуация усугубляется тем, что на дворе по-прежнему снег, на этот раз мартовский. И наше потрясающе чуткое животное абсолютно отказывается прикасаться попой к этому холодному полужидкому месиву. Как показывает затем практика – она оказывается права, и мама, настоявшая на нескольких «посадках» Жужи на холодной улице, через сутки получает на лечение махровый цистит.
Цистит через пару дней вылечивается теплом и кое-какими лекарствами, а инструктор в моем лице недовольно бурчит и громко рекомендует прислушиваться к внутреннему голосу этой конкретной собачечки.

Далее, мы задаемся целью найти в весеннем лесу теплое и сухое местечко, и самое смешное, что находим таковое! Оказывается, за лыжной базой на Вилиса Лациса, на которой в этом году проводилось несколько собачьих выставок, есть футбольное поле, а вокруг него фрагментарно вьется теплый и на совесть сколоченный деревянный тротуар. И в месяце марте он уже замечательно чист, сух и даже тепл от лучей весеннего солнышка. Ну что ж, условия идеальные, просто тепличные, и теперь мы с Жужей занимаемся только там.

Хозяйка внимательнейшим образом исполняет предписания инструктора, и нарадоваться оный инструктор на успехи не может! На самом деле, она увидела, насколько точно собака реагирует на слова и действия, услышала, насколько четко объясняет свои действия инструктор – и стремится ускорить обучение. Их приходится просить почаще делать перерывы в тренировках!

Дело в том, что при дрессировке собака очень устает, несмотря на то, что казалось бы, она сидит по команде и ничего не делает.
Это вам кажется, что она ничего не делает!

А она изо всех сил хочет сорваться и подбежать к любимому человеку, но он хочет, чтобы собака сидела! И собака знает это, поэтому держит себя за шкварник изо всех сил, чтобы не сорваться! И вот на обуздание собственной энергии идет гораздо больше той самой энергии, чем на самую бешеную беготню, поэтому собака устает еще больше, чем лошадь, которую используют как ломовую.

То есть, чем больше хочет собака сорваться и подбежать к любимому хозяину, тем больший поток ментальной энергии она испытывает, и еще больший вынуждена направить в обратном направлении!

О том, что первый поток существует, зритель может судить по напряженной позе Жужи, по подрагивающим передним ногам, по постоянным сдерживаемым подскокам, когда собака вот-вот сорвется… но все же не срывается, а снова присаживается на напряженные задние, не то сидя, не то притворяясь сидящей! По сути, полувися на напряженных мускулах задних ног.

И если этот поток очевиден, то не менее очевидно, что если собака все равно остается на месте – то противодействующий поток больше «по модулю»! Причем оба потока берутся из головы одной и той же молодой собачки, и в сумме эти мозговые процессы пожирают столько энергетических ресурсов у организма, что даже после часовой тренировки (причем 50-60% времени она свободно гуляет) щенок спит много часов подряд, как будто вымотался на многодневной охоте.

Энергия потом начнет экономиться, когда собака привыкнет и «отработается». Тогда она будет сидеть совершенно спокойно и даже расслабленно, примерно так же, как собаки сидят или лежат на солнцепеке. И только настороженные уши, время от времени работающие локатором в сторону хозяина, будут выдавать, что собака все же помнит и выполняет команду.

Правда, до того, как этот этап наступит, будет еще один этап, когда собака будет выполнять команду уверенно и РАДОСТНО: ведь она уже точно знает, что нужно хозяину, и знает в деталях! Уши такой собаки либо максимально насторожены, либо прижаты к голове, хвост радостно виляет, собака надежно сидит по команде, и даже руками столкнуть ее с этого места очень сложно: она даже если будет сдвинута, тут же усядется снова.

У собаки на этом этапе начинают светиться глаза!!! Она улыбается!!! Она очевидно старается, точно знает, что старается правильно и ждет от хозяина совершенно заслуженной, как они оба знают, похвалы!

Этот этап всегда ожидаем, и всегда наступает неожиданно. Оба участника дрессировки теперь получают одинаковое удовольствие от процесса! И нужно довести занятия до этого этапа хотя бы по одному из упражнений, чтобы собака (а иногда и хозяин) впервые поймала кайф от этого! Ощущение партнерских отношений, практически на равных с человеком, растущее взаимопонимание и взаимочувствование между хищником и человеком, это одна из самых сильных эмоций, испытанная многими из нас в этой жизни, и она стоит потраченного труда!

А потом воспоминание о пойманном кайфе будет двигать обоих: хозяина – к тому, чтобы терпеливо, четко и последовательно «объяснять» животному, что он хочет получить в итоге. А собаку – к тому, чтобы быстрее понять весь прием до конца.

Самое приятное в этом то, что кайф от взаимопонимания лучше, чем вкусняшка. И теперь можно работать «за поцелуйчик», отменив вкусняшки вообще!

Если хозяин командует собакой очень четко, всегда с одинаковой интонацией, всегда хорошо помнит, на каком этапе они остановились в прошлый раз, четко и правильно реагирует на любые действия собаки и готов к любым действиям с ее стороны – его требования быстро изучаются собакой и он становится для нее предсказуемым. В результате ей легко заставлять его давать ей вкусняшки (а он считает, что она быстро и легко дрессируется!).

Девушки у меня очень умные и старательные, поэтому результаты у них отличные. Уже на третьем занятии они великолепно сидят двадцать секунд по команде и желают потянуть паузу еще. Останавливаю это пылкое рвение просьбой обратить большее внимание на надежность выполнения приема: она главнее.

Если мы надежно привыкнем сидеть десять секунд, то потом быстро перейдем и к большим паузам. А если сейчас допустить срывы, то с ними бороться будет намного сложнее, ведь расстояние от нас до собаки тоже увеличится и человек не сможет так быстро исправить ситуацию, находясь далеко от собаки.

Еще Жужика изучает прием «отказ от корма». Любопытный нос с удовольствием находит незапланированный кусочек сыра на ладошке хозяйки. Но звучит команда «Фу!». Нос тычется в ладонь, но… ладонь почему-то сжалась, зажав кусочек, и теперь взять его невозможно! В довершение неприятностей чей-то указательный палец больно стукнул щенка по спинке носа. ОЙЙЙЙЙ!!!!!

Удар не сильный, но для нежной и чуткой Жужи и такое наказание очень ощутимо! Обескураженный щенок отскакивает и уходит, но мама зовет ее: «Жужа, КУШАЙ!!!», и приходится вернуться, и тот самый кусочек сыра на ладошке теперь никуда не прячется, и его с опаской можно взять.

Несколько кусочков предлагаются с секундной паузой перед словом «Кушай!» и мы убеждаемся, что она запомнила зависимость между словом «Кушай» и доступностью кусочка.

Следующий этап – чередуем слова «Кушай!» и «Фу!». Стараемся, чтобы щен запомнил: «Фу!» это просто сигнал: не ешь сейчас, подожди. Прозвучит разрешающая команда – вот тогда и заберешь свой кусочек!

Мы ювелирно оперируем своими ладошками, не допуская ошибок, когда мы говорим «Фу!» и в то же время позволяем щенку стащить сыр. Очень четко следим! Ошибка будет дорого стоить: собака перестанет верить нам и все время будет всё проверять. А на самом ли деле нельзя взять, дай-ка проверю… на самом ли деле нужно по команде «Ко мне» бежать сломя голову к хозяину, и нельзя ли подойти шагом? А может, можно еще этот кустик понюхать минутку или две?..

Для того, чтобы ускорить движение Жужи к хозяйке по команде «Ко мне!», используется методика «волшебный кусочек».

Она состоит в том, что сначала Жуже объясняют, что именно нужно делать по этой команде. Убедившись, что она поняла это, мы далее оперируем волшебным кусочком. Приблизительно понимая, какую скорость сейчас она способна развивать при выполнении подхода, считаем ее достаточной и заслуживающей кусочка каждый раз, когда она нам ее показывает. Если же скорость плохая, низкая, и пса медленно плетется по команде «лапка за лапку», то мы бурно хвалим ее… но кусочка в этот раз не даем.

Пропорция примерно 4 к 6, то есть из шести попыток кусочек дадим примерно в четырех случаях. Добиваемся подхода всегда, а вот кусочек дадим не всегда, а только если подход был более быстрый, чем обычно. Все дело в нашей систематичности! Если мы, забываясь, суем Жуже кусочек каждый раз, то она скорее замедлится – есть ли смысл торопиться, если кусочек дадут все равно? А вот если мы строги к себе и четко оцениваем каждый подход, достоин он награды или не достоин, и не поддаемся ложной жалости, лишая собачку вкусняшки, то бедная собачка очень скоро просечет обстановку и начнет кидаться к нам со всех ног, стоит только позвать!

Зарисовки по дрессировке

Tue, 07 Apr 2009 19:12:44 GMT

Брошка
Малюсенькая коричнево-подпалая таксочка с трогательными темными глазками, лукавая и нежная. Невысокая и не толстая молодая бабушка-хозяйка. В семье еще есть шестилетняя Тася и Наташа, мама Таси и дочка Галины Иосифовны. А теперь еще и Брошка – породистая стандартная такса.
Встретились они мне, гуляющие на рулетке. И – ни малейших представлений о том, как сделать собачку послушно подходящей по команде, не было ни у одной из них.
Пообщались – и я предложила позаниматься с ними «послушкой» - курсом послушания. Договорились о списке приемов: собачка после обучения должна будет сама следить за тем, куда идут хозяева и перемещаться вслед за ними. Не теряться: держаться достаточно близко. Подходить по команде и позволять пристегнуть поводок. Садиться и сидеть по команде до тех пор, пока не отпустят или не дадут другую команду. Стоять – на тех же условиях, если успеем (потому что собачка «выставочная» и ей такая выучка пригодится на ринге). Отказываться от лакомого кусочка на хозяйской ладошке, если хозяйка сказала «фу!». Отказываться от найденного на земле – здесь «фу!» навсегда. И никогда не брать ничего из чужих рук.
На этом и договорились, потому что заводчица Брошки говорила им не раз примерно то же самое, и чуть ли не в тех же выражениях. Только ездить через всю Москву в Алешкинский лес и помогать воспитывать Брошку она не будет – у нее много других собак на руках, а вот наличие инструктора-единомышленника по соседству ее обрадовало.
Начинаем работать. А на дворе – февраль, хоть и московский, но все равно таксенышу с ее розовым голеньким брюшком холодно. Смотрю, постоянно животик и лапки снизу мокрые: как же ей холодно при минус пяти-то. Поэтому занимаемся строго не более часа. Спасает ситуацию моя юная колляшка Мирта, которая горазда поноситься галопом по сугробам, и в результате таксочка не успевает понять, что на улице холодно.
Подход по команде сразу сделать не удастся при таких отвлекающих условиях. И я делаю им «запасной подзыв»: по слову «Брошка» собачка будет прибегать на зов. Кроме того, имя псины у хозяев всегда на языке, и при любой стрессирующей ситуации они скорее всего инстинктивно закричат именно его.
Итак, изобретение мое состоит в следующем.
Вечером вся семья рассаживается на ковер перед телевизором, и каждый берет по пять кусочков очень лакомого для собачки лакомства.
Договариваются между собой глазами и знаками, чья очередь кричать - «Брошка!». И тот, чья очередь, улучает момент и кричит. Собака должна ГАЛОПОМ прискакать на зов. Если галоп был правильно исполнен, она получит свою вкусняшку. Если подбегала долго, медленно или не сразу – не получает вкусняшку, а только поглаживание и радостные визги. Повторять слово «брошка» нельзя, теряется смысл. Если после первого зова не подошла – значит, шанс получить вкусняшку потерян, и очередь переходит к кому-то следующему. А если дважды подряд не подошла – значит, не голодная. Игра отменяется. Да, это все происходит до вечернего кормления, так что по умолчанию псина должна быть голодной.
И вот результат после первой игры: все всё поняли, научились и въехали. Теперь просмотр вечернего фильма происходит довольно весело. Собакус настороже, и стоит только пискнуть «Брошка» - летит на зов. Автоматика, опять же, отрабатывается. Когда-нибудь, возможно, эта игра спасет жизнь маленькой псинке, если человек, не думая, автоматически крикнет кличку, а собака не думая, автоматически прилетит на зов.
В большом городе жизни собак всегда подвергаются опасности, и не стоит отказываться от покупки собаки, боясь за нее – лучше отдрессировать так, чтобы у нее подзыв и фиксирующая команда «отлетали от зубов». Например, летит на вас с песой крупный злой ротвейлер или еще кто, с явными агрессивными намерениями. Если пес у ваших ног, то защитить вы его сможете: у вас есть электрошокер, цепочка или вы можете успеть схватить дубинку. Но если он вдали от вас, то чужак может налететь и подмять его под себя. Вот, в этой ситуации мгновенный подзыв точно спасет жизнь.
Или – вы идете справа от проселочной дороги, а собака сдрейфовала на левую сторону. И между вами несколько метров. Машина или мотоцикл могут выскочить внезапно, и если вы начнете подзывать собаку – она как раз попадет под колеса. В этом случае команда «Сидеть» или «Стоять» надежно зафиксируют собаку и не дадут ей растеряться, заметаться и быть сбитой.
Слежение за хозяином для собаки, гуляющей без поводка и без рулетки, необходимо абсолютно. Городские владельцы часто не утруждают себя дрессировкой, потому что псина свободно бегает, как им кажется, и на длинной рулетке. В то же время у них есть достаточно стойкая иллюзия контроля за ситуацией.
Почему не полный контроль?
Во-первых, рулетки часто китайские. А это значит, что в самый неподходящий момент они в ваших руках разлетаются на их составные части, либо рвется веревка. И – ап! – ваша собака на свободе, хочешь – беги направо, а хочешь – налево! А хозяин – он никуда не денется: он же никогда никуда не девается?
В этом состоит вторая проблема. «Рулеточные» собаки практически никогда не отслеживают своего хозяина – а просто бегут куда глаза глядят, если им случится оторваться. Потери собак в городе в основном вызваны именно этой проблемой. Если отстегнувшуюся дрессированную собаку, даже очень заинтересованную чем-то в стороне, я достаточно легко подзову и пристегну снова – с рулеточником так не получится. Он не знает, что такое «ко мне», но имеет весьма быстрые ноги и острое желание наконец добежать вон до той симпатичной пуделицы из первого подъезда. А там найдется еще что-нибудь интересненькое…
И третья опасность, от рулетки проистекающая – это вот что. Ведешь ты, скажем, собу на рулетке, расслабленно по собственному, тысячу раз знакомому многоэтажному двору… расстояние между вами – ну, скажем, обычное для вальяжной ходьбы, метра полтора… и вдруг сзади некий молчел на джипе бибикает. Резко, скажем так. Собака от кратковременного испуга мотыляется влево, а вас отбрасывает направо. А джип тоненькую веревочку между вами не видит и с молодецкой удалью летит мимо. А теперь угадайте с трех раз, что станет с вашей обожаемой барбоской.
Ну и бонусом – неудобство гуляния по лесу и степному пространству с редкими кустиками. Ибо цепляется эта рулетка за все палки, торчащие из земли, немилосердно, непрерывно и крайне эффективно. Надоедает.
Итак, все эти соображения и ложатся в основу решения научить Брошку гулять по нашему лесу без привязи и добиться минимального послушания.
Для этого (а щенок, разумеется, совершенно ничему не обучен) хозяйка заранее готовится мною на предмет оставить собаку без завтрака, для того, чтобы кусочки сыра в ее руках казались Брошке вкуснее.
Поигравшие дома в «Брошку», клиенты уже подготовлены к тому, чтобы после 15-минутной сумасшедшей беготни, начать отработку подзыва.
-Брошка! – кричит хозяйка. Она порывается, и не раз, повторять кличку собаки до умопомрачения, но я вовремя хватаю ее за рукав и останавливаю не в меру быстрый язык.
Собака должна выполнять первую же команду! Ведь вторая команда «отменяет» первую, и собака начинает понимать: не хочется подходить – и не надо! Они другую, третью и так далее команды подадут – и ты, нагулявшись и подойдя, все равно получишь свой законный кусочек. Вот поэтому нельзя давать волю языку!
Клиентов-женщин я сразу предупреждаю:
-На следующее занятие, пожалуйста, принесите скотч.
-Какой?
-На тканевой основе и пошире!
-Хорошо… а для чего?
-Как для чего? Рот ваш заклеим!  А когда нужно команду будет подать, я отклею – подадите ОДНУ команду – и снова заклею!
Хохочут, но потом более тщательно следят за вылетом слов изо рта.
И еще на первом занятии мы проходим команду «стоять». Потому что сидеть на февральском снегу почти промокшему короткошерстному щенку холодно. Правда, и долго стоять – холодно, потому что ветерок все равно есть, а снег в московском лесу сырой. Так что ограничиваемся показом приема, рассказыванием методики и несколькими повторами приема с выдержкой длиной три секунды. А потом, счастливых и уже почти умеющих выполнять две команды, отправляем домой.

Суфлер - это кто?

Tue, 07 Apr 2009 18:58:46 GMT

Очень все просто. Едок суфле.

Ёжики ссусливаются...

Fri, 20 Mar 2009 11:44:03 GMT

Ёжик и суслик могут принять одинаковую позу.

Почему тогда можно сказать "Суслик съёжился!, а не "Ёжик ссуслился"?

Wed, 28 Jan 2009 20:22:10 GMT

Нас рать...
Это без нас - не рать...

О щенках

Sat, 03 Jan 2009 19:46:52 GMT

С новым годом!

Все мои щеночки позвонили-написали-поздравили.

У всех все хорошо.

А мы наконец доделали наше поздравление-рекламу рекламного агентства :)

www.gav1.ru

P.S. А черный на фотке - это Олдерклан Миранда. Она продается!

Sun, 28 Dec 2008 23:16:24 GMT

Давно не писала.

А с тех пор - продались в отличные ручки Лунный Камень и Легенда, родились Гиларис и Гиневра, продался Гиларис... в не просто хорошие ручки, а... в общем, мы о нем еще услышим. Заболела Гиневра и мы с ней несколько раз выиграли игру со смертью, почти что из состояния гейм овер.

А вот вчера ее забрали.

Приехали за собачкой очень симпатичные люди: немолодая, но бодрая и веселая мама с сорокалетним сыном. Который, между прочим, накануне вечером перенес операцию на глазах по привариванию сетчатки! Между прочим, это дико больно.

А вот что произошло. Честно, я до сих пор в шоке.

Как только я их пригласила в квартиру, моя скромница собака просто закричала, чего с ней никогда не бывает!

Я ее выпустила из ее уголка. Она - галопом к ним, и как давай ласкаться, с визгами радости, я такого никогда не видела у нее.

Моментально залезла на ручки, целоваться с обоими, Александр
кричит радостно "Это она!!! Она к нам вернулась!", мама плачет, я плачу,
собака верещит... "Где!?! Где вы были так долго?!"...

В общем, все хорошо...

Sun, 08 Jun 2008 20:20:26 GMT

Колли - это САМАЯ лучшая порода для семей с детьми.
Они точно такие, какими кажутся. Ласковые, умные, милые, добрые, славные и благородные собаки. В отличие от каких-нибудь кокеров, например, у которых только внешность красивая, а сами шкодные.
У меня сейчас есть щенок на продажу, Олдерклан Лунный Камень. 4 месяца, мраморный, я держу у себя в питомнике (или держала до смерти) практически всех его предков до 6 колена. Он очень нежен с моим 9-месячным сыном! Вчера, например, он увидел что тот подвинулся близко к краю дивана - встал и загородил собой край, а попутно ручки вылизал. У себя в Англии эти собаки ухаживают за ягнятами, цыплятами, телятами, у Хэрриота об этом написано, если найду ссылку - скину. У них это в крови! Когда старшая дочь была маленькая, однажды чужой, взятый нами на продажу семимесячный колли буквально пас ребенка! Она идет куда глаза глядят, а он забегает поперек и встает шлагбаумом! Ей приходится поворачиваться и топать к родителям. Следить не надо, собака последит! Причем он был привезен к нам в тот же самый день! Удивительные собаки. Часто читаю на форумах коллистов, что дети учатся ходить, держась за длинную шерсть. Да легко! Если вы идете в лес с группой детей и хотя бы с одной колли, собака вроде бы
просто бегает сбоку. А на самом деле она все время обегает "все стадо" кругом и нюхает, нет ли чьих-то следов наружу. Так что потерять ребенка нельзя, если кто-то теряется специально, она находит идущий наружу след и проходит по нему, находит человека и зовет его назад.
От них никогда не ждешь подвоха, это не те собаки, которые внезапно нападают на хозяев. Такого просто не может быть. Гарантирую - при правильном обращении с собакой (не бить, стремиться понимать ее).
Они очень легко обучаются всему! Вот из этого помета уже продан в Питер один щенок, Леонард. Хозяин, молодой мужчина, приехал к моему мужу в гости на машине, будучи в Москве в командировке. Увидел моих щенков - и заболел коллями! Забрал на следующий день, увез, они чудесно нашли общий язык, и наверное он не откажется его показать и рассказать все о нем заинтересованному покупателю. Вот тут его фото. Кстати, у Руслана свое фотоателье.
С туалетом Камень четко соблюдает договоренности, только на газетку, под ней полиэтилен. Но уже почти привык гулять на улице, я думаю через неделю уже будет гулять ТОЛЬКО на улице.
Очень красивый пышно одетый мальчик, с умопомрачительно красивой головкой, и ушки всегда на макушке. Вот так, как на фото, причем ПОСТОЯННО!
Можно на выставку, проблем в экстерьере нет, если пойдете смотреть Леню, то Камень немного более кудрявый (потом это увеличит объем шерсти, так что он будет казаться более богато одетым, чем Леня, хотя по-хорошему, это недостаток! Правда, судей, знающих об этом, почти нет) и у него не такой экстремально широкий белый воротник, а обычный. И еще различие, у Камня есть
голубой сегмент глаза, но он виден только на ярком свету при определенном ракурсе, а так глазки кажутся черными. Это не порок и не недостаток, у мраморных собак допускаются голубые глаза полностью или частично без предпочтения одних другим. Что он будет племенным, не гарантирую, это как выращивать - впрочем, если будете знаменитыми чемпионами, почему бы нет.
В родословной все предки весьма титулованы, все мои - чемпионы России, есть предки - чемпионы Мира, и близко. Я гарантирую полное соответствие реальных предков написанным в родословных (в любом колене) и племенных книгах (я уже 30 лет фанат породы). Сейчас у меня "герметичное" разведение, и все собаки во всех коленах родословной только ОЛДЕРКЛАНы. Это не самоцель,
я просто наблюдала и подбирала пары, хорошо зная своих собак. Зато могу гарантировать происхождение.
Кстати, у нас есть немного старых ленинградских колли в родословной, тех самых, чьи предки пережили блокаду, так как хозяйка охраняла по ночам Бадаевские склады с ружьем, и когда голодные ленинградцы лезли через забор, она делала предупредительный выстрел в ближайшую крысу, а потом варила из них собакам похлебку. Я это считаю за подвиг. А предки этих довоенных наших предков - собаки, принадлежавшие царю Николаю 2, он был первым коллистом России. А у него они от бабушки его жены, королевы Виктории, тоже страстной коллистки. Так что мы царские собаки!
Камень почти приучен к улице, умеет следовать за хозяином, даже по почти не слышным для окружающих командам. Умеет подходить по команде, безупречно. Носит ошейник, цепочку, сам продевает голову. Чуть-чуть хэндлирован для выставок. Знает команду "гуляй", ничего не подбирает с земли. Очень смелый, не боится чужих собак, смотрит, потом подходит знакомиться, через минуту уже бегают.
Здоров, привит полностью от 8 болезней.
Цена за него, включая документы (метрика), 15000 рублей. Обучу как с ним контактировать, познакомлю с хозяевами брата, с инструктором хорошим, выведу на подходящий клуб колли в Питере, буду постоянно на связи по мылу.
Фото могу прислать по запросу.

Sun, 08 Jun 2008 19:06:22 GMT

Рааааасцветаааали яблони и груууши...

Дваааааацветали яблони и гру.

Трииицветааали яблони и грууши,

А четыыыыре - надо бы приду...

Thu, 05 Jun 2008 17:36:01 GMT

Ты!.. Ты чо меня кондрачишь?!?

Thu, 15 May 2008 07:16:52 GMT

На свете нет других столь разных мест,
Чем город Бухара и город Бухарест...

Равнинец

Mon, 21 Apr 2008 12:36:35 GMT

у меня смешной диалог сегодня был с Женей Маныкиной.
Жалуется она мне на своего работника. Замахнулся, говорит, на ее
собаку. Если бы ее не было - убил бы.
-Ну что сделаешь - говорю . Он же - горец! У них так принято.
-Да мне плевать, кто он, горец, равнинец или из Марианской впадины
вылез! Мне главное, чтобы он моих собачек не трогал!!!

Tue, 04 Mar 2008 10:05:50 GMT

Насупиться - налопаться супа??

Еще закопирайченные диалоги.

Mon, 25 Feb 2008 15:04:01 GMT

Утром.

-Ты щас чатишься?
- нее... не чачусь...

Вечером, в походе за продуктами.
Молоко лучшее - в одном магазине, предпочитаемый хлеб - в другом, рыбка Пангасиус - в третьем, а белый батон - вообще в киоске на улице.
Все купила, подхожу в киоску. Вижу - нету.

-Это вы меня сегодня обезбатонили?